lynx logo
lynx slogan #00101
Привет! Сегодня у вас особенно незнакомое лицо.
Чтобы исправить это, попробуйте .

А ещё у нас сейчас открыта .




секретный шифр д-ра Тьюринга, O.B.E:

включите эту картинку чтобы увидеть проверочный код

close

Эвелин Гленни




   

№9281
5337 просмотров
17 февраля '19
воскресенье
3 года 344 дня назад



Дмитрий Пригов — Только моя Япония (непридуманное) (2001)

[ uploaded image ]

А иногда он, предвосхищая гений Дмитрия Алексаныча Пригова, вдруг заканчивал каким-нибудь очень весёлым...

Я пишу короткими рублеными фразами, чтобы быть понятным и доступным, хотя я сам предпочитаю фразы длинные и витиеватые, отражающие сложное и самооборачивающееся течение, прохождение мысли по извилистым каналам сложных соподчинений, неузнаваний и отрицаний.

И вот это основополагающее объявляется как бы в опережающей полноте, силе и порождающей энергии некой сверхяпонскости, где оно мерцательным образом через медиаторное бескачественное поле сообщается со всем таким же остальным. То есть моя Япония и только моя Япония явилась мне гораздо раньше, чем все ныне обстоящее и позднее нахлынувшее. Я помню ее еще со времен проживания в третьем подъезде четвертого корпуса. Стояла зима, все было завалено ослепительным снегом, и она явилась мне. Конечно, я не мог тогда ее оценить и воспринять во всей полноте ее значения и предначертания. Но все же. Она объявилась там, где вполне на равных и единосущно соотносилась, не обинуясь всяческими далекими неведомыми ориентальными деталями с такими же только моими Африкой, Патагонией, Беляево, Мысом Надежды, Сиротским переулком, Патриаршими, Бродвеем и пр. И понятно — желание Японии сильнее самой Японии и всего того многочисленного, что она может предложить и предоставить нам и себе самой в качестве себя. Никакие Японии не могут удовлетворить это страстное и все возрастающее, разгорающееся, самовоспламеняющееся, уничтожающее все и любое как неистинное в яростном порыве, никоим образом немогущем реализовать и удовлетворить чистое желание ее. На то способна только, единственно, умопостигаемая Япония, потому что она сразу уже есть даже Япония в квадрате. То есть все, что есть Япония вместе со всем, что и не есть Япония и вовсе есть не Япония, захватывая рядом и нерядом лежащее. То есть она уже не есть Япония. Вернее, есть не Япония, но — возможность Японии в любых обстоятельствах и точках пространства. Посему необязательно, но и при том нелишне, вернее, незазорно увидеть какую-никакую наличную Японию, оставив той, первичной по роду порождения и преимуществования, Японии все истинно японское. Вот и бываю я порой командирован судьбой в места, узко определяемые и обозначаемые своим прямым именем. Возможно, подобное выглядит чересчур надуманным и выспренним. Но коли оно такое есть, то как же его представишь иным образом? — никак. Уж простите великодушно. Ребята меня поймут.

  Написали коты Шрёдингера  
38



Посему и спешу вам сообщить: да, везде, везде все одно и то же! Даже больше — ничего другого-то, по большому счету, в мире и нет. В высотных зданиях, как правило, по всему свету присутствуют лифты, останавливающиеся обычно на любом функционирующем этаже, за исключением специально служебных, закрытых и секретных. Внутри на стенке лифта, если приглядеться, даже не разбирая языка, просто определяя по привычному канонизированному расположению, на ощупь даже при полной темноте, можно обнаружить кнопки этажей, закрытия дверей и их открытия, а также бесполезная кнопка связи с оператором, на случай застревания. У подъездов есть либо звонки, либо домофоны. Ну естественно, иногда и не бывает. Пообдирали все. Либо не успели установить. Есть продуктовые магазины и магазины различной промтоварной специализации — обувные, одежные, мебельные, посудные, писчебумажные, музыкальные и игрушек, стеклопосуды, строительных материалов, комиссионные или уцененных товаров, всяческой техники, машин, электроники. Да, косметические магазины. Магазины всяческих причуд. Есть еще цветочные магазины и всевозможной умилительно мяукающей, гавкающей, каркающей, рычащей, свербящей и упорно под водой молчащей живности. Парикмахерские и пункты обмена валюты встречаются повсеместно. Пункты продажи мороженого и всяческих напитков вразливную есть. Пункты сбора металлолома и стеклянной посуды. Опорные пункты охраны общественного порядка. Я повторяю, что говорю вещи известные. Я их помню с младых ногтей даже в весьма не благоустроенной округе нашего трагически напряженного двора. Все это так нехитро, почти незамечаемое и неупоминаемое в серьезных писаниях и описаниях за обычностью и непривлекательностью. Но когда-то и кому-то же надо помянуть! Есть университеты и институты для молодежи. Театры, кинотеатры, клубы, дискотеки, стадионы и парки разнообразные. Почти везде есть зоопарки. Господи, куда я попал? Выезжал ли я когда-либо и куда-либо из Москвы, из своего родного Беляева?! Или же весь мир и есть одно большое родное разросшееся до планетарного размера Беляево?!

Но бывает, конечно, и иначе. То есть, вернее, можно иначе — и машины чуть разнятся, особенно для знающих и любящих это тонкое дело. И аэропорты по размаху, по всяческим причудам и дизайну вполне различаемы и распознаваемы. И стюардессы чуть-чуть отличны. Я встречал некоторых, кто предпочитал определенные авиакомпании именно по причине красоты и элегантности стюардесс. И выпивки наливают не во всех самолетах. Это уж различие — всем различиям различие! И в аэропорт выходишь — баааа! Лица-то все вокруг незнакомые! Японские! Говорят что — непонятно. Все изрисовано разноцветными штуками, по-ихнему — буквы, вернее, слоги или целые слова. Как было помянуто, различных алфавитов, впрочем, вполне не-различаемых иноземцами, но используемых теми же самыми японцами, далеко не один. Но никто тут, среди всего написанного всеми тремя способами, не ведает дорогих нашему сердцу имен. Не ведает про Пугачеву или Киркорова. Это не в укор им обоим. Ведь и в наших пределах японские поп-герои вполне неведомы. Слово «духовность» трудно переводится на японский язык, а понимается и того труднее. Водка хоть и известна, но не как нечто святое и национальное неприкосновенное, а просто как неплохой напиток. Приятно употребить. Но немного. Капельку можно и выпить. Японцы чрезвычайно быстро хмелеют от мизерной доли спиртного. В пьяном состоянии они милы и неагрессивны. Они еще шире улыбаются, обнимают друг друга и распевают песни. Поздно ночью неверной рукой они поворачивают ключ в нехитром дверном замке, входят в дом и тут же сбрасывают ботинки. Иногда, как особенно настаивают сами японцы в утверждение широты своей натуры и терпимости натуры женской, домой загулявшего доставляет любовница. Она деловито обменивается с женой приветствиями и некоторыми замечаниями по поводу нынешнего конкретного состояния здоровья и настроения их общего предмета заботы. Иногда пересказывает некоторые комические детали его сегодняшнего поведения в подвыпившем состоянии. Обе сдержанно улыбаются. Жена с поклоном провожает полуколлегу и с поклоном же приветствует мужа. Снимает официальный пиджак, расслабляет тугой галстук, раздевает и отводит в прохладную супружескую постель, изготовленную в виде тоненького матраца, постеленного прямо на татами с жесткой же подушкой, набитой шелухой какой-то неведомой мне крупы.


Гречки.
Далее, много и всякого другого разного различного, сразу же останавливающего взгляд и внимание. Например, люди постоянно друг другу кланяются и почти на каждое твое замечание или рассказ округляют глаза и громко восклицают: О-ооо! — будто ты сообщил им неслыханное что-то или тут же прямо на месте совершил невероятное открытие. Прямо на их глазах произвел нечто, превосходящее все их представления о человеческих силах и возможностях. Это — о-ооо! — произносится удивительно низким хрипло-горловым звуком, напоминающим предсмертный выдох покойника, правда европейского.

   


















Рыси — новое сообщество