Latinae linguae sunt casus septem; ex iis locativus nonnullis nominibus tantum est:
Nominativus (ad respondendum quis aut quid agat, sit, etc.): dux est benignus. Genetivus sive genitivus (ad respondendum cuius aliquid sit): domus ducis est antiqua. Dativus (ad respondendum cui aliquid agatur): duci panem do. Accusativus (ad respondendum quem aut quid habeant, faciant, etc.): ducem accuso. Ablativus (ad respondendum quo modo aliquid agant): de duce narro.
Forma vocativi plerumque eadem est atque forma nominativi; nominibus secundae declinationis tamen quae in nominativo singulari terminantur in -us forma specialis est; illorum vocativi singularis terminatio -e est. In nominibus secundae declinationis quae terminantur in -ius in nominativo singulari, vocativus singularis desinit in -i.
Vocativus: O dux; o magister. Locativus (rogat ubi): Domi; ita "apud domum." ________
Numeri sunt duo: singularis et pluralis. ________
Genera sunt tria: masculinum, femininum et neutrum. ________
Declinationes nominum substantivorum sunt quinque (m., f., n. = genera):
Declinatio prima: puella (f.), villa (f.), nauta (m.) Declinatio secunda: fluvius (m.), puer (m.), ager (m.), templum (n.) Declinatio tertia declinatio consonantica: rex (m.), consul (m.), miles (m.), homo (m.) declinatio in qua genetivus pluralis terminatur in -ium: civis (m.), mare (n.), urbs (m.), animal (n.), febris (f.) Declinatio quarta: portus (m.), fructus (m.), domus (f.), manus (f.), cornu (n.) Declinatio quinta: spes (f.), res (f.), dies (m. et etiam f., sed in forma singulari tantum), meridies (m.)
Не будет ли нахальством попросить Вас как-то внести элемент русского языка (в виде пояснений). Не настолько хорошо знаю латынь (так, узнаю некоторые слова и их сочетания).
Tomorrow › Мы только что вернулись с нашим хвостиком Буддизма от третьего хирурга-онколога, что тоже отказался её оперировать. Потом много гуляли, пытаюсь напоследок показать ей наш этот прекрасный мир. Особо прекрасный оттого что слишком временный. Слишком устали. Потом.
Я берёг эту кисочку все эти годы больше чем себя. Как мне тогда там повелели. А сейчас мне все доктора говорят, что всё, не смогу никак спасти её. И моё лето 2025 года превратилось в лютую зиму. Ещё с весны, но кота я тогда вроде пока спас.
Да, надо бы всё это по-русски, но я за последние 20 лет так и не нашёл среди своих преподавателей латыни, и тем более в русском интернете тех, что уже эту бы краткую основу дали столь же лаконически и чётко, как вот нашёл вдруг в этой латинской статье в Википедии. Вы бы видели, через какие тернии мне приходилось продираться со своими уточняющими вопросами к ним.
А сам я тем более не возьмусь что-то излагать от себя: я наши русские-то склонения никогда не учил в школе, я тогда ещё мог назвать падежи, а теперь вовсе не вспомню все эти «Кому? Чему?» Мне проще тогда было заново уж латинские учить лет 15 назад. Но тоже позабыл с тех пор за ненадобностью. Странно, но наши русские падежи, которые нас так заставляли зубрить в школе — так никогда и не пригодились ни до того, ни тем более после. Понимаете?
Человек учится всю жизнь. Кроме десяти лет, проведённых в школе.
Tomorrow ›Не настолько хорошо знаю латынь (так, узнаю некоторые слова и их сочетания).
Так именно так я тогда и узнал вдруг, что почти всё понимаю по-латински. Когда уж после университета, где тоже преподавали её, но несколько лениво, нам дала преподаватель на курсах (тоже, кстати, профессор, помню как к ней подходили аспиранты и они о чём-то там шушукались на своём, на латинском) на первом же уроке домашнее задание: перевести главу из Тита Ливия. Ну, я только что рассказывал, что мне не привыкать, уж со школы переводил сложные тексты — взял и перевёл. Причём, как понимаете, важнее даже не понять смысл — а именно что максимально дословно, и в то же время безупречно, литературно, передать всё это на ином языке. Который не то чтоб даже не всегда соответствует — но вовсе срать хотел, оно деревянное, неодушевлённое, его это не волнует и не будет. Оттого всегда утверждал, что негоже литературно переводить на язык не собственно носителю его. А вам что мешает?
Так что, видите? я ж не профессор, не латинист. Напротив, с первого класса школы гордился тем, что был самым нерадивым учеником среди всех. Да и таким остался. Я тут лишь пытаюсь много лет выступать в качестве некоего психопомпа... но пока не особо получается, для такого нужна работа с обеих сторон, а её там нет.
Тем более, заметьте, во всех пословицах и поговорках, что я привел в этом зоопарке до этого, 90% изначально понятно всем: ну либо мы с детства их слышали, либо скорее даже все эти слова вошли в русский (французский, английский и прочие) ещё до Пушкина, Наполеона и Байрона с Шекспиром.
Там напоминают, к слову, про сильную индо-европейскую основу латыни. А тут и вовсе латынь куда ближе к нашему русскому, чем те же западноевропейские варвары, что вовсе отказались от этих же склонений, настолько они тупые, ослабленные. Впрочем, как раз в этом их поддерживаю, тоже всегда стремился не усложнять без надобности. Этому меня еще задолго до римлян лакедемоняне научили. И их лисёнок.
Так что вот вам первое домашнее задание: переведите эту статью на русский. Это вам не Тит Ливий. А если мне будет дело до того (скорее нет, уже с весны у меня слишком много горя, и я лишь отвлекаю себя на всякие пустяки здесь) — потом совместно и Тита Ливия и прочих начнём разбирать. Я тогда давно говорил, как рад был Цицерону XIX века, запараллеленному на английском. И как открыл для себя тогда 20 лет назад, что нет лучшей методы обучения латыни, чем вот сборник изречений, крылатых фраз. Мы тогда с юной прекрасной женой купили на солнечной летней Волгоградке — такой был подарок. Их читаешь, сразу запоминаешь навсегда, и встречая другие тексты — сразу оперируешь уже известными словами. Я даже вот вдруг понял, что чёртов Quis, quid, ubi... что единственный тогда не запомнил сходу, с первого раза — и тот через 15 лет не забыл зачем-то.
Да ёпрст, да мы ж все и английский так учили. Методом погружения: вот даёт тебе Советская Родина Norton Commander, а там столько капиталистических слов!..
Меня тогда новобрачная спросила:
— Слушай, а что такое пропердитосы?
— Я конечно понимаю, что ты у нас жгучая испанка... но, наверное, скорее, смею догадаться: properties, нет? Свойства.
— Слушай, ты такой умный!
Она меня потом много лет упрекала подобным образом. Она такая славная была всегда, и сейчас люблю её.
Itaque, семь падежей, причём локатив используется только для некоторых существительных:
Nom. — номинатив — именительный (кто? что?): dux est benignus — вождь добрый. Gen. — генетив — родительный (чей? чьё это? или, как нас учили в советской школе на уроках русского: (нет) кого? чего?): domus ducis est antiqua — дом вождя древний. Dat. — датив — дательный (кому? чему? это делается): duci panem do — вождю хлеб даю. Acc. — аккузатив — винительный (кого? что?): ducem accuso — вождя виню. Нам ещё преподавали как «(вижу) кого? что?». Abl. — аблатив — творительный (о ком? о чём?): de duce narro — о вожде рассказываю.
Поправляйте меня, кто более сведущ. Я уж говорил выше, что наши русские падежи я тогда либо прогуливал, либо спал на уроках, либо думал о чём-то возвышенном. Поэтому могут быть ошибки, неточности.
Для меня это тогда было так же дико, как если б нас, много лет уж умеющих ходить, бегать и прыгать, обучали, в каком порядке и какие мышцы нам следует сокращать при каждом движении, и на сколько миллисекунд. Собственно, уже к первому классу школы все нормальные дети свободно владеют родным языком и всеми его ужасающими падежами и склонениями, даже не задумываясь об их классификации. В этом проявляется, кстати, дзэнская сущность нашего сознания.
Форма вокатива, звательного падежа, ...
— в русском мы все встречаем вокатив как устаревшую форму: сыне, отче, Боже, жено у Бродского, старче у Пушкина, человече у Фёдорова и компаньи... —
...как правило совпадает с формой именительного; однако у существительных второго склонения, оканчивающихся в именительном падеже единственного числа на -us, существует особая форма: их окончание в именительном падеже единственного числа — -e. У существительных второго склонения, оканчивающихся в именительном падеже единственного числа на -ius, звательный падеж единственного числа оканчивается на -i.
Voc. — вокатив — звательный (о ты!, i. e. обращение): o dux; o magister — о, вождь! Loc. — локатив — местный (спрашивает где?): domi — дома; то есть «в доме».
________
Чисел два: singularis et pluralis — единственное и множественное. ________
Родов три: masculinum, femininum et neutrum — мужской, женский и средний. ________
Склонений пять (тут и далее m., f., n. = род):
1-е склонение: puella (f.), villa (f.), nauta (m.) (ж. р. и м. р. на -a) 2-е склонение: fluvius (m.), puer (m.), ager (m.), templum (n.) 3-е склонение склонение оканчивающихся на согласные: rex (m.), consul (m.), miles (m.), homo (m.) склонение тех, у которых генетив множественного числа оканчивается на -ium (нормально так? все сразу запомнили?): civis (m.), mare (n.), urbs (m.), animal (n.), febris (f.)
i. e. (Gen. pl.): civium (m.), marum (n.), urbium (m.), animalium (n.), febrium (f.)
4-е склонение: portus (m.), fructus (m.), domus (f.), manus (f.), cornu (n.) 5-е склонение: spes (f.), res (f.), dies (m. et etiam f., sed in forma singulari tantum), meridies (m.)
Вот склонения латинского стали для меня самым сложным местом в теории. Потому что логически их, как видите, не определить, слишком много исключений, надо для каждого слова запоминать... впрочем, как и у нас в русском, вот иностранцы мучаются.
С русским до пяти лет и английским до пятнадцати я такие задачи решал вовсе не запоминанием правил, соответственно и с латинским всё это вовсе незачем зубрить — достаточно наработать опыт чтения, пару тысяч страниц. А на это нет ни времени, ни, главное... ещё одно латинское слово: стимула.
Со склонениями продолжу потом, дам ещё таблицу.
О, вроде удалось передрать таблицу напрямую из их кода.
И заодно увидел там подсказку, о которой никто из наших преподавателей не говорил: -a -o -i -u -e, прямо как в японской кане.
Casus
1.
2.
3.
4.
5.
a
o
cons.
i
mix.
u
e
Numerus Singularis:
nom.
-a
-us/-er/-um
-/-s/-
-is
-is/-es
-us/-u
-es
voc.
-e/-i
acc.
-am
-um
-em
-im(/-em)
-em
-um/-u
-em
gen.
-ae
-i
-is
-is
-is
-us(/-u)
-ei
dat.
-ae
-o
-i
-i
-i
-ui(/-u)
-ei
abl.
-a
-o
-e
-i
-e
-u
-e
loc.
-ae
-i
-i
-i
-i
-u
-e
Numerus Pluralis:
nom./voc.
-ae
-i/-i/-a
-es/-a
-es/-ia
-es/-ia
-us/-ua
-es
acc.
-as
-os/-os/-a
-es/-a
-is(/-es)/-ia
–es/-ia
-us/-ua
-es
gen.
-arum
-orum
-um
-ium
-ium
-uum
-erum
dat./abl./loc.
-is
-is
-ibus
-ibus
-ibus
-ibus
-ebus
А дальше уже тогда пошло то, на что я решил: «Стоп, а вот это уже пускай лошадь учит, у неё голова большая»:
Ещё в праиталийском языке (или даже ранее) исчезли два праиндоевропейских падежа из восьми: местный и инструментальный (им соответствуют русские предложный и творительный). Их функции приняли на себя другие падежи, в связи с чем (хотя и не только с этим) латинский родительный переводится на русский язык чаще русским родительным, но нередко предложным, хотя все случаи этим не исчерпываются.
Можно выделить следующие функции родительного падежа:
Genitivus possessivus (родительный принадлежности): pila puellae — «мяч девочки», (лат. род. → рус. род.) Genitivus pretii (родительный цены): libertas cari est — «свобода дорогого стоит», дословно — «свобода дорогого есть», (лат. род. → рус. род. со сменой конструкции) Genitivus forensis или Genitivus criminis (родительный судебный): crimen falsi — «обвинение во лжи», дословно — «обвинение лжи», (лат. род. → рус. предлог + предложн.) Genitivus memoriae/oblivionis (родительный памяти/забвения): memor virtutis — «помнящий о доблести», дословно — «помнящий доблести», (лат. род. → рус. предлог + предложн.) Genitivus objectivus (родительный объекта): cupidus gloriae — «жаждущий славы», (лат. род. → рус. род.) Genitivus subjectivus (родительный субъекта): adventus Caesaris — «приход Цезаря», (лат. род. → рус. род.) Genitivus characteristicus (родительный характеризующий): cogitare hominis est — «размышлять — свойство человека», дословно — «размышлять» — человека есть», (лат. род. → рус. род. со сменой конструкции) Genitivus explicativus (родительный пояснительный): urbs Mediolani — «город Медиолан», дословно — «город Медиолана», (лат. род. → рус. именит.) Genitivus partitivus (родительный разделительный): primus amicorum meorum — «лучший из моих друзей», дословно — «лучший моих друзей» (лат. род. → рус. предлог + род.) Genitivus qualitatis (родительный качества): vir magnae virtutis — «человек большой доблести», (лат. род. → рус. род.) Genitivus generis (родительный рода), он же Genitivus quantitatis (родительный количества): multum amicorum — «много друзей», (лат. род. → рус. род.)
Жаль, что нет возможности дочитывать комментарии. Как не выполнил? Канализацию почистил, траву покосил, яблоки собрал. Сварил из собранного шесть литров варенья. И внутридомиковая рутина.
Tomorrow › Это важнее, да.
Помещик вы... как это по-латински?.. латифундист!
Но именно латынь для меня в последние дни снова вдруг, например, и все прочие подобные хобби — и является тем отвлечением души, что не позволяет превратить наш быт в рутину, представляет ему перпендикуляр и тем делает его объёмным, особо ценным.
Давно подметил, что переключение на контрарные виды умственной деятельности весьма бодрит. Когда наш мозг работает одними и теми же участками изо дня в день, а все прочие многочисленные спят — ему в итоге становится скучно. И сразу, как мы вдруг будим один из них, что спал долгие годы — это всё вырабатывает сразу эндорфины, или что оно там вырабатывает: «Спасибо, что снова дал нам поработать, это весело!»
Tomorrow ›Жаль, что нет возможности дочитывать комментарии.
Я просто иногда пишу, обрывая текст на середине, это моя та старая советская привычка. У нас и тогда вдруг автоматы вырубало в вычислительном центре, недавно рассказывал — и теперь подчас (какое-то прямо наказание пожизненное мне от олимпийских богов; или со всеми такое бывает?) все эти годы бывает: сидишь, что-то пишешь, уж страницу накатал... бац! света нет, автомат выбило в коридоре.
Или что-то срочно надо сделать, и надо оторваться на минуту, потом вернуться за клавиатуру.
Но потом сразу дописываю. Такой способ бэкапить, старый верный, уж с СССР рефлекторный.
А иногда добавляя что-то и в начало. Вдруг вспоминаются сопутствующие мысли, что были изначально, но в первой редакции старался писать максимально лаконично, сжато. А тут вроде перечёл, и снова вспомнил те коннотации. Но позволяю себе такое только с совсем свежими комментариями, иначе нечестно: вы все не можете править даже по горячему, как я. Так и не дописал тогда этот задуманный функционал в 2011-м, не было на то особой нужды, а ныне и вовсе некому эта работа. Вроде б как раз что это ваша домашняя работа, добавил тогда post factum, post scriptum.
Изначально воспринял как что у вас не всегда нет времени их дочитывать.
Или, сейчас подумал вдруг: третий вариант, есть какая-то ошибка в моём интерфейсе? Что кому-то обрубает, например, комментарии на определённой длине текста? Я такой, я мог так сделать тогда для всех сачкующих, не пишущих собственные сообщения в к-ве более необходимого. Был у нас уже minimum minimorum в этом новом латинском зоопарке, нет?
резиновая уточка › Я читал объявление и о комментариях, и о анонимизации авторов.
Важнее для меня сейчас собака (и остатки собственного здоровья).
Tomorrow › Я читал объявление и о комментариях, и о анонимизации авторов.
Вовсе не понимаю теперь, о чём вы. Верно, о чём-то из давних лет. Это про те мои меры по ограничению молчаливых? Так они и не нужны давно: ушли не только молчаливые, но и частые авторы. Там много было среди них украинцев, наших ещё советских, как понял, так и не понял отчего. Вероятно, с Дёрти и Лепрозория набежали — там всегда было преобладание УССР. Прямо как в нашем том ЦК КПСС. Ну и когда они объявили нам войну сразу после своего Майдана, когда им их новые паны приказали начать ненавидеть всех русских, а кто не будет, того они накажут — в итоге в следующие годы они и с русских сайтов ушли, их целью стало бороться с нами. Ну а что я могу поделать? Чтоб собирать аудиторию — нужен капитал. Вон, Пикабу — там капитал сконцентрирован по всей видимости.
Важнее для меня сейчас собака (и остатки собственного здоровья).
Это да.
Потому тогда давно и сказал вам: если общаетесь явно через силу, будто вынужденно — не стоит уж.
Я вот тут много лет просто не писал. И пишу снова лишь когда вдруг отчего-то возникает такое настроение.
Этим мы и отличаемся: в детском саду и первых классах школы мы так готовы дружить, искать новых интересных знакомых — в каждом встречном! С годами не то чтоб мы изменились... хуже — в нас накапливается печальный опыт, что все эти каждые встречные были, сюрприз, всякий раз скорее a priori враждебны нам, и всем прочим вокруг себя. И при первом удобном случае напоминают нам: «Да мне вообще ничто не важно, кроме личной выгоды. Нет, мы вас выслушали конечно, но неужто вы думаете наивно, что нам это интересно?» И, стало быть, не глупо ли искать друзей, способных к сочувствию, эмпатии, среди таких? Не глупо ли общаться вовсе с посторонними людьми после семнадцати лет, когда мы уж выросли и оставили позади нашу весёлую ювенильную стаю школьного класса?
Чжу Бацзе › Эти меры внезапно применились. Вдруг. Не применялись — и применились. Был удивлён.
Tomorrow › Когда применились? Я на сайте уж очень давно ничего не менял. С тех пор, когда тут ещё жили люди.
Вижу, даже на мои отчаянный попытки угадывать за вами, вы мне вовсе ничего не сообщаете. Начинаю понимать тех наших бедолаг из службы поддержки в 90-х:
— Ой, помоги, родной! Нам тут позвонили, говорят купили аппаратуру на полмиллиона баксов, а оно сломалось! Мы плачем, они плачут, вся планета в трауре!
— Дай трубку! Эй! Вы ещё на проводе? Что делает?.. Нет, что конкретно делает? Как проявляется неисправность? Внимательно слушаю. Потрудитесь детально изложить. Вот эти установочные винты снимали? Там ещё такие красные флажки есть забавные... Ой, что, правда вдруг заработало? А я другого исхода и не ожидал. Привет всем!
Ну вот какого Аристотеля я был тогда в двадцать лет сразу после дембеля, да и до того, уже с пятнадцати, папой всему миру? Когда все приходят ко мне: «Ой! У нас оно опять не работает!»
Я тогда считал тех юношей из нашей техподдержки умственно ослабленными. А теперь извиняю их: они ж общались всю дорогу вообще с вот такой клиентурой (раз мы тут про латынь: клиентелла — это вовсе другое). И никакого другого опыта в жизни у них просто не было. Они были уже воспитаны рыбой, ну, как рыбаки.
Даже не знаю... может нам вовсе надо не с латыни начинать в обучении научному, логическому методу мышления — а вон с программирования? Оно-то как раз куда проще, много логичнее.
Читал несколько лет назад воспоминания Теслы, думаю: «Вот братишка! Тоже с такими же всю жизнь общался». И как-то тоже превозмогал, тоже всем советовал сразу как и что починить, начиная в тех австро-венгерских кайзеров, или кто там был у него, забыл уж давно.
Или, как через много лет учили нас наши профессоры-криминалисты (ничего впрочем нового мне не рассказав, и без них это знал тогда, они Шерлоки-теоретики, а я с двадцати лет практик), вот это: Quis, quid, ubi...
Вы тоже напрягитесь, сообщите как-то, что именно не работает, как не работает, когда... ну этогдалие. Мне сильно сейчас не охота связываться с чьими-то совсем уж выдуманными, производными от производного от производного омрачениями, по тому же буддизму, да и нашему христианству. Ей вдруг стало существенно хуже. Хотя и до того было невесело.
мясорастительные консервы › Сложно сказать, когда именно. В течение прошедшей недели. Внезапно: я захожу на сайт и вижу, что все пользователи превратились в анонимусов, а последние Ваши комментарии режутся стандартной ссылкой. Дня два — точно. Нет, я не жалуюсь. Нет такого обыкновения. Просто сообщаю.
Tomorrow › Ладно, это всё ерунда. Сейчас-то как прежде?
Если я сейчас сдохну, сайт месяц-два-три, ну пять ещё просуществует. Потом снова потребуют платить за его хостинг и домен, а платить будет уж некому.
Моше Даян › Увы, нет.
Tomorrow › Да, только теперь заметил Моше Даяна и прочие мясорастительные консервы.
У Алисы дела ухудшаются всё стремительней, в геометрической прогрессии, вышедшей уж на свой пик. Стал уж постоянно колоть ей назначенные тогда на этот случай обезболивающие. Сейчас нет времени, а потом может быть займёмся, потестируем, что там и как. Скажите пока, какой функционал именно урезан, и как, кроме консервов. Для начала придумайте штук десять сообщений в Открытое. Моя первая версия: что это то старое ограничение для тех, у кого меньше определённого процента среди последних ста сообщений. А сейчас там, смотрю, у меня все 100.
Спим с ней в обнимку, поёт мне по утрам свои песенки. Записал их, сейчас включаю ей, чтоб успокаивать её её же мурлыканьем. Сначала удивилась: ой, кто это там, большая кошка в динамиках. Судя по звуку, у неё объём горлового аппарата — как раз с динамик, как у тигрицы или львицы, или полярной медведицы. А это ты и есть, моя родная.
Все прочие мои — кошки как кошки. Ну разве для Енота я тоже самый лучший папа. И для Рыси, да и для Опоссума, просто он интроверт. А она мне любимая доченька. Которую я тогда вытащил уж совсем из смерти, и мы с ней помним оба это, и так же как тогда она подолгу смотрит в мои глаза своими огромными чёрными зрачками, не мигая. А теперь не спас.
Чтоб утешить, поддержать, ставлю ей всякую смешную музыку, что пели всякие смешные счастливые девочки в те времена, когда её тоже ещё не было в этом мире. Странно, тогда я отчего-то не горевал, что её нет, а теперь...
I sing this song for you before I run away
Янош Кадар › Кошка важнее. С Моше Даяном как-нибудь справимся. С обезболивающими этап помню... Колите, пока действуют. Бедный зверь.
Tomorrow › В том-то и дело, что это уж с тех пор для меня куда большее чем просто какой-то дикий зверь из дикого леса, по Киплингу.
Что этот мой ласковый и нежный зверь для меня уж тогда изначально стала кем-то, кто сразу показал, насколько она любит меня, и насколько мне отныне, volens nolens, суждено полюбить её навсегда: сначала той умирающей в начавшихся морозах в подъезде в составе целой кошачьей семьи крошечной котенькой, затем той чудесной весёлой юной теннисисткой, что требовала кидать ей её любимый синий мячик («Кех!» — эта её особая команда означала тогда: «Ну-ка кинь мне снова мой мячик, я готова его ловить, отбивать в прыжке ловкой когтистой лапкой!» Снова нашёл её другой, запасной мячик, новый, те несколько мы быстро истрепали, тогда я и понял, что ей больше нравятся синие, а потом и новые котятки их дорвали, что так и пролежал эти 14 лет как запасной, он даже пахнет как прежде: свежим каучуком. Она уж не ловит его. Хотя лапки всё те же когтистые ловкие.), затем сразу (уж вскоре после того как она вдруг прославилась как Хвостик буддизма) вдруг умирающей у меня на руках, и ставшей в итоге для меня самой главной.
Так легко для женщины завоевать сердце мужчины — достаточно раз умереть у него на руках. Без шуток, по-настоящему, чтоб ему потом пришлось дышать в её оскаленную клыкастую пасть недвижную сутки, весь день, всю ночь, и до следующего утра. Уж отрубался совсем, и снова просыпался по тревоге каждые пятнадцать минут, проверял, дышит ли она. Чтоб он понял: вот больше такого чуда не будет, и никто в целом мире более не станет ценить её больше чем я.
И она с тех пор всегда так по-особенному на меня глядит теми же своими огромными глазами. Такими же точно, что смотрели на меня тогда всю ночь, остановившиеся и уж засыхающие. Она потом на насколько дней ослепла, мне подсказали, что это из-за действия сильных лекарств, что ей кололи, но она не унывала, и бодро протаптывала тропы по периметру, по стенам, изучая заново вверенное её пространство.
— Эй вы! Я у вас тут снова жива. А чего это у вас весь свет погасили? так надо? Ну и ладно, привыкну. Главное, я жива и даже снова в отличной спортивной форме!
С тем же неунывающим задранным вверх хвостиком-морковкой. Уже тем хвостиком буддизма, полосатеньким немножко к концу, с белой кисточкой. А я был в аду. И вдруг зрение тоже вернулось к ней. И мы так много лет потом жили долго и счастливо.
Мы знаем, в наших жизнях были разные женщины. Но лишь с очень немногими из них нас связывало нечто большее, чем мимолётная взаимная симпатия, преходящий интерес.
Я сейчас переживаю немыслимое: мне тогда было даровано невероятное чудо... а теперь всё это становится незначимым, её жизнь, так волшебно дарованную мне тогда, отнимают. Наша с ней та невозможная победа над смертью становится чем-то вдруг ненастоящим, будто её тогда и не было.
Она спала всё это время рядом на столе. Вот, вдруг проснулась. Зачем мне всё, если я её потеряю?
Ничто не даётся в этом иллюзорном мире навеки.
У нас было два этих запасных теннисных мячика с тех пор. Положил ей вчера вечером перед отбоем один в её колыбель для кошки, сейчас не могу найти. Взял второй оставшийся. Надо положить ей в могилу. Символ нашего счастья тогда, вершины её радости чудесному миру, и моей. Внезапно дарованному ей тогда, такому удивительному, полному всего. А тот найдётся, кто-то из них его закатил куда-то. Будет памятью о ней.
Они размечены как футбольные, но для нас они теннисные. Мячики для особого магического кошачьего тенниса, которому она тогда меня научила.
Целую её постоянно. Прощаюсь.
— Папа, отчего ты целуешь меня только когда мне плохо? А когда мне было много лет хорошо, ты ко мне так не приставал?
— Потому что я дурак. А ещё потому что всегда очень я ценил твою независимость. Попробуй тебя тогда поцелуй, ты сразу отстранишь меня когтистой лапкой и скажешь: «Так, вот здесь стоп, не приставать!»
Зевает. Снова позволяет себя целовать: в скулы, вокруг глаз, в нежные локаторы ушек, в ещё на удивление, будто ничего с ней не происходит ужасного, вроде будто здоровый холодный и влажный носик, в переносицу, в бархатный пушистый лоб. Снова кричит. Только недавно колол обезболивающее. Она стала сгорать прямо зримо, экспонента её умирания, такая медленная, незаметная тогда, в первый год, и даже два, вплоть до этой июльской жары, вышла на пик. Она такая красивая, белоснежная, наш пломбирчик.
Tomorrow ›захожу на сайт и вижу, что все пользователи превратились в анонимусов, а последние Ваши комментарии режутся стандартной ссылкой. Дня два — точно.
Или, сейчас подумал вдруг: третий вариант, есть какая-то ошибка в моём интерфейсе? Что кому-то обрубает, например, комментарии на определённой длине текста? Я такой, я мог так сделать тогда для всех сачкующих, не пишущих собственные сообщения в к-ве более необходимого.
Скажите пока, какой функционал именно урезан, и как, кроме консервов. Для начала придумайте штук десять сообщений в Открытое. Моя первая версия: что это то старое ограничение для тех, у кого меньше определённого процента среди последних ста сообщений. А сейчас там, смотрю, у меня все 100.
Вот ещё нашёл простой способ обхода для вас того старого правила, что скорее всего включилось, когда я вытеснил ваши сообщения из сотни последних своей латынью и прочим. В клубе до: 2018→2026 года. Столько лет прошло... В 2018-м Алиса была ещё вполне прыгучей мощной кошкой, а котят Рысь ещё не сконструировала, да и сама только родилась в том году. Вот она снова скачет: мне на колени — на стол («мур!»)— на подоконник и дальше.
Проверьте.
Indian › Вроде бы всё выглядит пристойно. А сообщения будут. Потихоньку готовлю о машине Дина. Вроде бы не было, а история курьёзная.
Не настолько хорошо знаю латынь (так, узнаю некоторые слова и их сочетания).
Я берёг эту кисочку все эти годы больше чем себя. Как мне тогда там повелели. А сейчас мне все доктора говорят, что всё, не смогу никак спасти её. И моё лето 2025 года превратилось в лютую зиму. Ещё с весны, но кота я тогда вроде пока спас.
Да, надо бы всё это по-русски, но я за последние 20 лет так и не нашёл среди своих преподавателей латыни, и тем более в русском интернете тех, что уже эту бы краткую основу дали столь же лаконически и чётко, как вот нашёл вдруг в этой латинской статье в Википедии. Вы бы видели, через какие тернии мне приходилось продираться со своими уточняющими вопросами к ним.
А сам я тем более не возьмусь что-то излагать от себя: я наши русские-то склонения никогда не учил в школе, я тогда ещё мог назвать падежи, а теперь вовсе не вспомню все эти «Кому? Чему?» Мне проще тогда было заново уж латинские учить лет 15 назад. Но тоже позабыл с тех пор за ненадобностью. Странно, но наши русские падежи, которые нас так заставляли зубрить в школе — так никогда и не пригодились ни до того, ни тем более после. Понимаете?
Человек учится всю жизнь. Кроме десяти лет, проведённых в школе.
Так именно так я тогда и узнал вдруг, что почти всё понимаю по-латински. Когда уж после университета, где тоже преподавали её, но несколько лениво, нам дала преподаватель на курсах (тоже, кстати, профессор, помню как к ней подходили аспиранты и они о чём-то там шушукались на своём, на латинском) на первом же уроке домашнее задание: перевести главу из Тита Ливия. Ну, я только что рассказывал, что мне не привыкать, уж со школы переводил сложные тексты — взял и перевёл. Причём, как понимаете, важнее даже не понять смысл — а именно что максимально дословно, и в то же время безупречно, литературно, передать всё это на ином языке. Который не то чтоб даже не всегда соответствует — но вовсе срать хотел, оно деревянное, неодушевлённое, его это не волнует и не будет. Оттого всегда утверждал, что негоже литературно переводить на язык не собственно носителю его. А вам что мешает?
Так что, видите? я ж не профессор, не латинист. Напротив, с первого класса школы гордился тем, что был самым нерадивым учеником среди всех. Да и таким остался. Я тут лишь пытаюсь много лет выступать в качестве некоего психопомпа... но пока не особо получается, для такого нужна работа с обеих сторон, а её там нет.
Тем более, заметьте, во всех пословицах и поговорках, что я привел в этом зоопарке до этого, 90% изначально понятно всем: ну либо мы с детства их слышали, либо скорее даже все эти слова вошли в русский (французский, английский и прочие) ещё до Пушкина, Наполеона и Байрона с Шекспиром.
Там напоминают, к слову, про сильную индо-европейскую основу латыни. А тут и вовсе латынь куда ближе к нашему русскому, чем те же западноевропейские варвары, что вовсе отказались от этих же склонений, настолько они тупые, ослабленные. Впрочем, как раз в этом их поддерживаю, тоже всегда стремился не усложнять без надобности. Этому меня еще задолго до римлян лакедемоняне научили. И их лисёнок.
Так что вот вам первое домашнее задание: переведите эту статью на русский. Это вам не Тит Ливий. А если мне будет дело до того (скорее нет, уже с весны у меня слишком много горя, и я лишь отвлекаю себя на всякие пустяки здесь) — потом совместно и Тита Ливия и прочих начнём разбирать. Я тогда давно говорил, как рад был Цицерону XIX века, запараллеленному на английском. И как открыл для себя тогда 20 лет назад, что нет лучшей методы обучения латыни, чем вот сборник изречений, крылатых фраз. Мы тогда с юной прекрасной женой купили на солнечной летней Волгоградке — такой был подарок. Их читаешь, сразу запоминаешь навсегда, и встречая другие тексты — сразу оперируешь уже известными словами. Я даже вот вдруг понял, что чёртов Quis, quid, ubi... что единственный тогда не запомнил сходу, с первого раза — и тот через 15 лет не забыл зачем-то.
Да ёпрст, да мы ж все и английский так учили. Методом погружения: вот даёт тебе Советская Родина Norton Commander, а там столько капиталистических слов!..
Меня тогда новобрачная спросила:
— Слушай, а что такое пропердитосы?
— Я конечно понимаю, что ты у нас жгучая испанка... но, наверное, скорее, смею догадаться: properties, нет? Свойства.
— Слушай, ты такой умный!
Она меня потом много лет упрекала подобным образом. Она такая славная была всегда, и сейчас люблю её.
Itaque, семь падежей, причём локатив используется только для некоторых существительных:
Nom. — номинатив — именительный (кто? что?): dux est benignus — вождь добрый.
Gen. — генетив — родительный (чей? чьё это? или, как нас учили в советской школе на уроках русского: (нет) кого? чего?): domus ducis est antiqua — дом вождя древний.
Dat. — датив — дательный (кому? чему? это делается): duci panem do — вождю хлеб даю.
Acc. — аккузатив — винительный (кого? что?): ducem accuso — вождя виню. Нам ещё преподавали как «(вижу) кого? что?».
Abl. — аблатив — творительный (о ком? о чём?): de duce narro — о вожде рассказываю.
Поправляйте меня, кто более сведущ. Я уж говорил выше, что наши русские падежи я тогда либо прогуливал, либо спал на уроках, либо думал о чём-то возвышенном. Поэтому могут быть ошибки, неточности.
Для меня это тогда было так же дико, как если б нас, много лет уж умеющих ходить, бегать и прыгать, обучали, в каком порядке и какие мышцы нам следует сокращать при каждом движении, и на сколько миллисекунд. Собственно, уже к первому классу школы все нормальные дети свободно владеют родным языком и всеми его ужасающими падежами и склонениями, даже не задумываясь об их классификации. В этом проявляется, кстати, дзэнская сущность нашего сознания.
Форма вокатива, звательного падежа, ...
— в русском мы все встречаем вокатив как устаревшую форму: сыне, отче, Боже, жено у Бродского, старче у Пушкина, человече у Фёдорова и компаньи... —
...как правило совпадает с формой именительного; однако у существительных второго склонения, оканчивающихся в именительном падеже единственного числа на -us, существует особая форма: их окончание в именительном падеже единственного числа — -e. У существительных второго склонения, оканчивающихся в именительном падеже единственного числа на -ius, звательный падеж единственного числа оканчивается на -i.
Voc. — вокатив — звательный (о ты!, i. e. обращение): o dux; o magister — о, вождь!
Loc. — локатив — местный (спрашивает где?): domi — дома; то есть «в доме».
________
Чисел два: singularis et pluralis — единственное и множественное.
________
Родов три: masculinum, femininum et neutrum — мужской, женский и средний.
________
Склонений пять (тут и далее m., f., n. = род):
1-е склонение: puella (f.), villa (f.), nauta (m.) (ж. р. и м. р. на -a)
2-е склонение: fluvius (m.), puer (m.), ager (m.), templum (n.)
3-е склонение
склонение оканчивающихся на согласные: rex (m.), consul (m.), miles (m.), homo (m.)
склонение тех, у которых генетив множественного числа оканчивается на -ium (нормально так? все сразу запомнили?): civis (m.), mare (n.), urbs (m.), animal (n.), febris (f.)
i. e. (Gen. pl.): civium (m.), marum (n.), urbium (m.), animalium (n.), febrium (f.)
4-е склонение: portus (m.), fructus (m.), domus (f.), manus (f.), cornu (n.)
5-е склонение: spes (f.), res (f.), dies (m. et etiam f., sed in forma singulari tantum), meridies (m.)
Вот склонения латинского стали для меня самым сложным местом в теории. Потому что логически их, как видите, не определить, слишком много исключений, надо для каждого слова запоминать... впрочем, как и у нас в русском, вот иностранцы мучаются.
С русским до пяти лет и английским до пятнадцати я такие задачи решал вовсе не запоминанием правил, соответственно и с латинским всё это вовсе незачем зубрить — достаточно наработать опыт чтения, пару тысяч страниц. А на это нет ни времени, ни, главное... ещё одно латинское слово: стимула.
Со склонениями продолжу потом, дам ещё таблицу.
И заодно увидел там подсказку, о которой никто из наших преподавателей не говорил: -a -o -i -u -e, прямо как в японской кане.
Как не выполнил? Канализацию почистил, траву покосил, яблоки собрал. Сварил из собранного шесть литров варенья. И внутридомиковая рутина.
Помещик вы... как это по-латински?.. латифундист!
Но именно латынь для меня в последние дни снова вдруг, например, и все прочие подобные хобби — и является тем отвлечением души, что не позволяет превратить наш быт в рутину, представляет ему перпендикуляр и тем делает его объёмным, особо ценным.
Давно подметил, что переключение на контрарные виды умственной деятельности весьма бодрит. Когда наш мозг работает одними и теми же участками изо дня в день, а все прочие многочисленные спят — ему в итоге становится скучно. И сразу, как мы вдруг будим один из них, что спал долгие годы — это всё вырабатывает сразу эндорфины, или что оно там вырабатывает: «Спасибо, что снова дал нам поработать, это весело!»
Я просто иногда пишу, обрывая текст на середине, это моя та старая советская привычка. У нас и тогда вдруг автоматы вырубало в вычислительном центре, недавно рассказывал — и теперь подчас (какое-то прямо наказание пожизненное мне от олимпийских богов; или со всеми такое бывает?) все эти годы бывает: сидишь, что-то пишешь, уж страницу накатал... бац! света нет, автомат выбило в коридоре.
Или что-то срочно надо сделать, и надо оторваться на минуту, потом вернуться за клавиатуру.
Но потом сразу дописываю. Такой способ бэкапить, старый верный, уж с СССР рефлекторный.
А иногда добавляя что-то и в начало. Вдруг вспоминаются сопутствующие мысли, что были изначально, но в первой редакции старался писать максимально лаконично, сжато. А тут вроде перечёл, и снова вспомнил те коннотации. Но позволяю себе такое только с совсем свежими комментариями, иначе нечестно: вы все не можете править даже по горячему, как я. Так и не дописал тогда этот задуманный функционал в 2011-м, не было на то особой нужды, а ныне и вовсе некому эта работа. Вроде б как раз что это ваша домашняя работа, добавил тогда post factum, post scriptum.
Изначально воспринял как что у вас не всегда нет времени их дочитывать.
Или, сейчас подумал вдруг: третий вариант, есть какая-то ошибка в моём интерфейсе? Что кому-то обрубает, например, комментарии на определённой длине текста? Я такой, я мог так сделать тогда для всех сачкующих, не пишущих собственные сообщения в к-ве более необходимого. Был у нас уже minimum minimorum в этом новом латинском зоопарке, нет?
Важнее для меня сейчас собака (и остатки собственного здоровья).
Вовсе не понимаю теперь, о чём вы. Верно, о чём-то из давних лет. Это про те мои меры по ограничению молчаливых? Так они и не нужны давно: ушли не только молчаливые, но и частые авторы. Там много было среди них украинцев, наших ещё советских, как понял, так и не понял отчего. Вероятно, с Дёрти и Лепрозория набежали — там всегда было преобладание УССР. Прямо как в нашем том ЦК КПСС. Ну и когда они объявили нам войну сразу после своего Майдана, когда им их новые паны приказали начать ненавидеть всех русских, а кто не будет, того они накажут — в итоге в следующие годы они и с русских сайтов ушли, их целью стало бороться с нами. Ну а что я могу поделать? Чтоб собирать аудиторию — нужен капитал. Вон, Пикабу — там капитал сконцентрирован по всей видимости.
Важнее для меня сейчас собака (и остатки собственного здоровья).
Это да.
Потому тогда давно и сказал вам: если общаетесь явно через силу, будто вынужденно — не стоит уж.
Я вот тут много лет просто не писал. И пишу снова лишь когда вдруг отчего-то возникает такое настроение.
Этим мы и отличаемся: в детском саду и первых классах школы мы так готовы дружить, искать новых интересных знакомых — в каждом встречном! С годами не то чтоб мы изменились... хуже — в нас накапливается печальный опыт, что все эти каждые встречные были, сюрприз, всякий раз скорее a priori враждебны нам, и всем прочим вокруг себя. И при первом удобном случае напоминают нам: «Да мне вообще ничто не важно, кроме личной выгоды. Нет, мы вас выслушали конечно, но неужто вы думаете наивно, что нам это интересно?» И, стало быть, не глупо ли искать друзей, способных к сочувствию, эмпатии, среди таких? Не глупо ли общаться вовсе с посторонними людьми после семнадцати лет, когда мы уж выросли и оставили позади нашу весёлую ювенильную стаю школьного класса?
Вижу, даже на мои отчаянный попытки угадывать за вами, вы мне вовсе ничего не сообщаете. Начинаю понимать тех наших бедолаг из службы поддержки в 90-х:
— Ой, помоги, родной! Нам тут позвонили, говорят купили аппаратуру на полмиллиона баксов, а оно сломалось! Мы плачем, они плачут, вся планета в трауре!
— Дай трубку! Эй! Вы ещё на проводе? Что делает?.. Нет, что конкретно делает? Как проявляется неисправность? Внимательно слушаю. Потрудитесь детально изложить. Вот эти установочные винты снимали? Там ещё такие красные флажки есть забавные... Ой, что, правда вдруг заработало? А я другого исхода и не ожидал. Привет всем!
Ну вот какого Аристотеля я был тогда в двадцать лет сразу после дембеля, да и до того, уже с пятнадцати, папой всему миру? Когда все приходят ко мне: «Ой! У нас оно опять не работает!»
Я тогда считал тех юношей из нашей техподдержки умственно ослабленными. А теперь извиняю их: они ж общались всю дорогу вообще с вот такой клиентурой (раз мы тут про латынь: клиентелла — это вовсе другое). И никакого другого опыта в жизни у них просто не было. Они были уже воспитаны рыбой, ну, как рыбаки.
Даже не знаю... может нам вовсе надо не с латыни начинать в обучении научному, логическому методу мышления — а вон с программирования? Оно-то как раз куда проще, много логичнее.
Читал несколько лет назад воспоминания Теслы, думаю: «Вот братишка! Тоже с такими же всю жизнь общался». И как-то тоже превозмогал, тоже всем советовал сразу как и что починить, начиная в тех австро-венгерских кайзеров, или кто там был у него, забыл уж давно.
Или, как через много лет учили нас наши профессоры-криминалисты (ничего впрочем нового мне не рассказав, и без них это знал тогда, они Шерлоки-теоретики, а я с двадцати лет практик), вот это: Quis, quid, ubi...
Вы тоже напрягитесь, сообщите как-то, что именно не работает, как не работает, когда... ну этогдалие. Мне сильно сейчас не охота связываться с чьими-то совсем уж выдуманными, производными от производного от производного омрачениями, по тому же буддизму, да и нашему христианству. Ей вдруг стало существенно хуже. Хотя и до того было невесело.
Нет, я не жалуюсь. Нет такого обыкновения. Просто сообщаю.
Если я сейчас сдохну, сайт месяц-два-три, ну пять ещё просуществует. Потом снова потребуют платить за его хостинг и домен, а платить будет уж некому.
У Алисы дела ухудшаются всё стремительней, в геометрической прогрессии, вышедшей уж на свой пик. Стал уж постоянно колоть ей назначенные тогда на этот случай обезболивающие. Сейчас нет времени, а потом может быть займёмся, потестируем, что там и как. Скажите пока, какой функционал именно урезан, и как, кроме консервов. Для начала придумайте штук десять сообщений в Открытое. Моя первая версия: что это то старое ограничение для тех, у кого меньше определённого процента среди последних ста сообщений. А сейчас там, смотрю, у меня все 100.
Спим с ней в обнимку, поёт мне по утрам свои песенки. Записал их, сейчас включаю ей, чтоб успокаивать её её же мурлыканьем. Сначала удивилась: ой, кто это там, большая кошка в динамиках. Судя по звуку, у неё объём горлового аппарата — как раз с динамик, как у тигрицы или львицы, или полярной медведицы. А это ты и есть, моя родная.
Все прочие мои — кошки как кошки. Ну разве для Енота я тоже самый лучший папа. И для Рыси, да и для Опоссума, просто он интроверт. А она мне любимая доченька. Которую я тогда вытащил уж совсем из смерти, и мы с ней помним оба это, и так же как тогда она подолгу смотрит в мои глаза своими огромными чёрными зрачками, не мигая. А теперь не спас.
Чтоб утешить, поддержать, ставлю ей всякую смешную музыку, что пели всякие смешные счастливые девочки в те времена, когда её тоже ещё не было в этом мире. Странно, тогда я отчего-то не горевал, что её нет, а теперь...
С обезболивающими этап помню... Колите, пока действуют. Бедный зверь.
Что этот мой ласковый и нежный зверь для меня уж тогда изначально стала кем-то, кто сразу показал, насколько она любит меня, и насколько мне отныне, volens nolens, суждено полюбить её навсегда: сначала той умирающей в начавшихся морозах в подъезде в составе целой кошачьей семьи крошечной котенькой, затем той чудесной весёлой юной теннисисткой, что требовала кидать ей её любимый синий мячик («Кех!» — эта её особая команда означала тогда: «Ну-ка кинь мне снова мой мячик, я готова его ловить, отбивать в прыжке ловкой когтистой лапкой!» Снова нашёл её другой, запасной мячик, новый, те несколько мы быстро истрепали, тогда я и понял, что ей больше нравятся синие, а потом и новые котятки их дорвали, что так и пролежал эти 14 лет как запасной, он даже пахнет как прежде: свежим каучуком. Она уж не ловит его. Хотя лапки всё те же когтистые ловкие.), затем сразу (уж вскоре после того как она вдруг прославилась как Хвостик буддизма) вдруг умирающей у меня на руках, и ставшей в итоге для меня самой главной.
Так легко для женщины завоевать сердце мужчины — достаточно раз умереть у него на руках. Без шуток, по-настоящему, чтоб ему потом пришлось дышать в её оскаленную клыкастую пасть недвижную сутки, весь день, всю ночь, и до следующего утра. Уж отрубался совсем, и снова просыпался по тревоге каждые пятнадцать минут, проверял, дышит ли она. Чтоб он понял: вот больше такого чуда не будет, и никто в целом мире более не станет ценить её больше чем я.
И она с тех пор всегда так по-особенному на меня глядит теми же своими огромными глазами. Такими же точно, что смотрели на меня тогда всю ночь, остановившиеся и уж засыхающие. Она потом на насколько дней ослепла, мне подсказали, что это из-за действия сильных лекарств, что ей кололи, но она не унывала, и бодро протаптывала тропы по периметру, по стенам, изучая заново вверенное её пространство.
— Эй вы! Я у вас тут снова жива. А чего это у вас весь свет погасили? так надо? Ну и ладно, привыкну. Главное, я жива и даже снова в отличной спортивной форме!
С тем же неунывающим задранным вверх хвостиком-морковкой. Уже тем хвостиком буддизма, полосатеньким немножко к концу, с белой кисточкой. А я был в аду. И вдруг зрение тоже вернулось к ней. И мы так много лет потом жили долго и счастливо.
Мы знаем, в наших жизнях были разные женщины. Но лишь с очень немногими из них нас связывало нечто большее, чем мимолётная взаимная симпатия, преходящий интерес.
Я сейчас переживаю немыслимое: мне тогда было даровано невероятное чудо... а теперь всё это становится незначимым, её жизнь, так волшебно дарованную мне тогда, отнимают. Наша с ней та невозможная победа над смертью становится чем-то вдруг ненастоящим, будто её тогда и не было.
Она спала всё это время рядом на столе. Вот, вдруг проснулась. Зачем мне всё, если я её потеряю?
Ничто не даётся в этом иллюзорном мире навеки.
Они размечены как футбольные, но для нас они теннисные. Мячики для особого магического кошачьего тенниса, которому она тогда меня научила.
Целую её постоянно. Прощаюсь.
— Папа, отчего ты целуешь меня только когда мне плохо? А когда мне было много лет хорошо, ты ко мне так не приставал?
— Потому что я дурак. А ещё потому что всегда очень я ценил твою независимость. Попробуй тебя тогда поцелуй, ты сразу отстранишь меня когтистой лапкой и скажешь: «Так, вот здесь стоп, не приставать!»
Зевает. Снова позволяет себя целовать: в скулы, вокруг глаз, в нежные локаторы ушек, в ещё на удивление, будто ничего с ней не происходит ужасного, вроде будто здоровый холодный и влажный носик, в переносицу, в бархатный пушистый лоб. Снова кричит. Только недавно колол обезболивающее. Она стала сгорать прямо зримо, экспонента её умирания, такая медленная, незаметная тогда, в первый год, и даже два, вплоть до этой июльской жары, вышла на пик. Она такая красивая, белоснежная, наш пломбирчик.
Или, сейчас подумал вдруг: третий вариант, есть какая-то ошибка в моём интерфейсе? Что кому-то обрубает, например, комментарии на определённой длине текста? Я такой, я мог так сделать тогда для всех сачкующих, не пишущих собственные сообщения в к-ве более необходимого.
Скажите пока, какой функционал именно урезан, и как, кроме консервов. Для начала придумайте штук десять сообщений в Открытое. Моя первая версия: что это то старое ограничение для тех, у кого меньше определённого процента среди последних ста сообщений. А сейчас там, смотрю, у меня все 100.
Вот ещё нашёл простой способ обхода для вас того старого правила, что скорее всего включилось, когда я вытеснил ваши сообщения из сотни последних своей латынью и прочим. В клубе до: 2018→2026 года. Столько лет прошло... В 2018-м Алиса была ещё вполне прыгучей мощной кошкой, а котят Рысь ещё не сконструировала, да и сама только родилась в том году. Вот она снова скачет: мне на колени — на стол («мур!»)— на подоконник и дальше.
Проверьте.
А сообщения будут. Потихоньку готовлю о машине Дина. Вроде бы не было, а история курьёзная.