Спартанский мальчик и лисёнок

Точно ведь! Теперь вспомнил, из его «Ликурга» больше запомнил их знаменитую «чёрную похлёбку», и тот обычай заставлять их воровать всё вокруг, но не попадаться — чтоб развивать в юношах хитроумность и коварство.

Так напомнило и наши те повадки определённой категории бойцов на срочной, с их уголовной романтикой 90-х, с которой они уже призвались такой.

Да и попросту, голодно было, особенно мяса не хватало, при тех физических нагрузках и как раз в период максимального роста организма. Помню, как приехал в отпуск, а мой одноклассник, что откосил, был чуть ни на голову ниже меня — зато потом вымахал на голову выше, а мой рост так сразу и остановился в 18 лет — эти два года голода сказались. Это только в бригаде морской пехоты у нас были большие порции, и то за счёт того, что на камбузе всю картошкоперловку (мы это тогда называли «комбикорм», чем это, собственно, и было) щедро разводили водой, до состояния того Швейковского гуляша.

Между тем, у бойцов кончился хлеб, а купить его было негде, кроме как на Лидийском базаре в варварском войске Кира по цене 4 сикля за капифу пшеничной муки или ячменя. Сикль же равняется 7½ аттическим оболам, а капифа вмещает в себе 2 аттических хойника. Поэтому они жили, питаясь мясом.

А также, заметьте, тех самых лисят, волчат, собак и прочих кис, что в дикой природе живут именно тем же принципом — свободной охоты: не сумеешь раздобыть пропитание в мире, где никто тебе его ни даст — подохнешь с голоду. Помните тот документальный фильм про европейских волков, что, оказывается, путешествуют аж от Испании до Германии (там были конкретные особи, за ними следили ловко) в поисках пропитания?

Плутарх — Сравнительные жизнеописания — Ликург

Текст приводится по изданию: Плутарх. Сравнительные жизнеописания в двух томах, М.: издательство «Наука», 1994. Издание второе, исправленное и дополненное. Т. I.
Перевод С. П. Маркиша, обработка перевода для настоящего переиздания — С. С. Аверинцева, переработка комментария — М. Л. Гаспарова.
Сверка перевода сделана по последнему научному изданию жизнеописаний Плутарха: Plutarchi Vitae parallelae, recogn. Cl. Lindscog et K. Ziegler, iterum recens. K. Ziegler, Lipsiae, 1957—1973. V. I—III.

17. ...Всё добы­ва­ет­ся кра­жей: одни идут на ого­ро­ды, дру­гие с вели­чай­шей осто­рож­но­стью, пус­кая в ход всю свою хит­рость, про­би­ра­ют­ся на общие тра­пезы мужей. Если маль­чиш­ка попа­дал­ся, его жесто­ко изби­ва­ли пле­тью за нера­ди­вое и нелов­кое воров­ство. Кра­ли они и вся­кую иную про­ви­зию, какая толь­ко попа­да­лась под руку, учась лов­ко напа­дать на спя­щих или зазе­вав­ших­ся кара­уль­ных. Нака­за­ни­ем попав­шим­ся были не толь­ко побои, но и голод: детей кор­ми­ли весь­ма скуд­но, чтобы, пере­но­ся лише­ния, они сами, волей-нево­лей, пона­то­ре­ли в дер­зо­сти и хит­ро­сти. Вот какое воздей­ст­вие ока­зы­ва­ла скудость пита­ния; впро­чем, как гово­рят, дей­ст­во­ва­ла она и еще в одном направ­ле­нии — уве­ли­чи­ва­ла рост маль­чи­ков. Тело вытя­ги­ва­ет­ся в высоту, когда дыха­ние не стес­не­но слиш­ком уто­ми­тель­ны­ми труда­ми и, с дру­гой сто­ро­ны, когда тяж­кий груз пищи не гонит его вниз и вширь, напро­тив, когда, в силу сво­ей лег­ко­сти, дух устрем­ля­ет­ся вверх; тогда-то чело­век и при­бав­ля­ет в росте лег­ко и быст­ро. Так же, по-види­мо­му, созда­ет­ся и кра­сота форм: худо­ба, сухо­ща­вость лег­че сооб­ра­зу­ет­ся с пра­виль­ным раз­ви­ти­ем чле­нов тела, груз­ная пол­нота про­ти­вит­ся ему. ...

18. Воруя, дети соблюда­ли вели­чай­шую осто­рож­ность; один из них, как рас­ска­зы­ва­ют, украв лисен­ка, спря­тал его у себя под пла­щом, и хотя зве­рек разо­рвал ему ког­тя­ми и зуба­ми живот, маль­чик, чтобы скрыть свой посту­пок, кре­пил­ся до тех пор, пока не умер. О досто­вер­но­сти это­го рас­ска­за мож­но судить по нынеш­ним эфе­бам*: я сам видел, как не один из них уми­рал под уда­ра­ми у алта­ря Орфии**.

____
* Эфе­бы — юно­ши, достиг­шие совер­шен­но­ле­тия (16—18 лет), вне­сен­ные в спис­ки граж­дан, а в Афи­нах и неко­то­рых дру­гих государ­ствах несу­щие погра­нич­ную служ­бу.

** Орфия — «Вос­хо­дя­щая», эпи­тет Арте­ми­ды в Лакеде­моне. Жесто­чай­шая пор­ка юно­шей у ее алта­ря — по-види­мо­му, пере­жи­ток чело­ве­че­ских жерт­во­при­но­ше­ний (так объ­яс­ня­ет уже Пав­са­ний, III, 16, 10).

Занятно, как и сам Плутарх тут же проводит параллель с их афинскими уж срочниками. В Лакедемоне срочниками были уж все, с детства. Более казарменный общественный строй. Я уж тогда давно приводил сравнение нашего СССР с их изнеженными капстранами как прямой параллели: Спарта против Афин.

Вот другой перевод, Спиридона Юрьевича Дестуниса (1782 — 30 июня 1848) — генеральный консул в Смирне, первый драгоман при Азиатском департаменте, писатель-эллинист:

Одни уносят все это тайно из садов; другие от стола мужей, к которому подкрадываются с великой хитростью и осторожностью. Кто из них бывал пойман, того больно секли бичом за то, что крал неискусно и непроворно. Также уносили они всякие другие кушанья и научались искусно нападать на спящих или нерадиво стерегущих. Пойманных наказывали побоями и лишали стола. Ужин их был всегда недостаточен для того, чтобы они сами находили способы удовлетворять своим нуждам и таким образом привыкали к смелости и проворству. Вот главная причина, для которой давали им мало пищи! [...]

Отроки крадут с великой осторожностью. Рассказывают, что один из них, укравши молодую лисицу, спрятал ее под одежду; зверь рвал у него брюхо зубами и когтями; но, дабы не быть замеченным, он переносил жестокую боль до того, что упал мертвым на месте. Этого не должно считать невероятным, судя по нынешним отрокам, ибо мы видели много в Спарте детей, умирающих под ударами на жертвеннике Артемиды, прозванной Орфией[46].

Интересно, а откуда я в детстве тогда услышал эту историю? Скорее просто родители рассказали, совсем маленькому, как тогда ту притчу про Эсхила и черепаху («Не стой под стрелой!»), про Сократа, как его благодарные соотечественники заставили выпить цикуту, да про многое. Так нам потом и не довелось поговорить с ними про античность, только сейчас понимаю, насколько они были образованы, и сформировали тем и мою тягу к этому. А может, раз не из Тэффи тогда, то из Льва Толстого, что тоже любил приводить у себя всякие притчи, из того же Крылова... да полно было всяких детских книг и журналов — могли советские юмористы даже вон в «Весёлых картинках», «Мурзилке» и «Пионерской правде» обыгрывать весело этот случай, не хуже той же Тэффи. Да, скорее мне это отец тогда приводил как назидательный пример: «Вот видишь, спартанский мальчик терпел, и нам велел». Я усвоил. Уж потом он рассказал мне: «А ты вот вообще никогда в детстве не капризничал и даже не плакал когда было больно». Я и сам это помню, как тогда обрадовался, что он пришёл забирать меня из детского сада, побежал ему навстречу: «Папа! папа!», споткнулся, зацепившись краем сандалика (помните те наши советские детские сандали особые, с такие ещё краями? и металлическими фибулами на тех ремешках из кожзама, вот! почти что те их античные) за асфальт дорожки перед корпусом (как я только это помню до сих пор? а вот, то и отличает те наши привилегированные моменты, редкие моменты особой осознанности, когда собран весь мир вдруг... трудно объяснять, это вам не вон история в пересказах, как мы тут принялись... это высшая грань философии: или ты сам тоже это переживал уж тогда сразу, лучше всего в детстве, когда все чувства ещё так особенно ясны, не затёрты... или... ну если или, если нужен Кант вон, Гёте и Шиллер, чтоб этому научить — стало быть не научит уж никто), и в кровь разбил коленку. Надо же, думаю, кровь течёт, а я так рад увидеть отца, что мне совсем не больно, вообще нет ни малейшей боли. Даже после не появилось. Вот как бывает. А ещё тогда нас дико покусали осы в том же детском саду, они там жили в гнезде на дереве, а какой-то придурок из нашей группы: «Глядите, там осы! Целое гнездо! Давайте кидать в них камнями и песком!..» — заметьте, насколько всего один идиот, но достаточно ажитированный, подчас может заразить этой своей глупостью целые коллективы в общем-то без него придурка достаточно уравновешенных людей (взять того же Гитлера и народ Гёте, Шиллера и Канта, что внезапно кинулся за ним на нас в едином порыве; хотя нет, Кант был всё же наш, калининградский, недолго даже подданный Российской империи — видимо, не без влияния своего современника Суворова... говорят, скорее Апраксина, ну да это вовсе не тот исторический период, который я хоть сколько изучал). Вот там боль была реально дикая, осы такие, они умеют... и уж не помню, наверное тоже не плакал — настолько было реально херово (немного снижаю здесь стиль, уж простите, стараюсь передать точнее свои те ощущения — но пусть это будет в честь Херонеи, родины нашего славного Плутарха как раз), почувствовал, что мир схлопывается, все системы вроде пока функционируют, но как-то уже где-то вдалеке от заслонившей всё боли, что так и не заканчивается даже с течением долгого времени. Потом только окончательно убедился, что любую боль можно терпеть. Даже когда она бывает совершенно невыносимой, отодвигает даже уж само сознание куда-то на периферию, забивает все прочие сигналы мозга. Ты просто принимаешь решение терпеть боль. А обычно боль и так вполне терпима бывает — просто сигнал тела, не более: «Командир! у нас тут что-то не так. — Я знаю».

Помню ещё, в том первоначальном варианте, что услышал в детстве, спрятал он лисёнка за столом, во время общей трапезы, оттого окружающие сразу и не заметили. Потому что в некоторых современных пересказах: что его де застал на дороге кто-то из старших и обратился к нему с разговором... — ребят, как вы себе вообще такое представляете? что лисёнок вот бесится, и кровь-кишки-всё такое, а парнишка стоит как живой, ведёт неспешную беседу с вышестоящим по званию, своими их обычными лаконическими афоризмами понятно, и на выглаженной по уставу тунике, заправленной всеми морщинками назад на спину под ремень, ни единой складки.

Кстати, у кого есть котята, те тоже сразу понимающе ухмыльнутся — у нас всех были такие случаи. Если взять котёнка на руки, да и взрослого кота, а он этого отчего-то не одобряет — самое благоразумное — тут же его выпустить. Потому что у кошачьих воля максимальна, а коготки острейшие, и когда она (меня сейчас так обычно Рысь терзает, она крошечная и её я иногда беру на руки, с её сыновьями у нас ровные взаимоуважительные мужские отношения, только она иногда приходит полежать на коленях; непонятно, как тот юный спартиат ожидал чего-то подобного вовсе от дикого лесного лисёнка) выпускает их все со всех сторон и начинает ими упираться как раз в твой живот и грудь... тут же понимаешь: против подобных весомых аргументов мудрее не противиться ей. Так мне тогда Мультяшка, мать Тушки, Пеструшки и Алиски, чуть не выполнила внезапно трахеотомию, сантиметра на два всего промахнулась (а, даже теперь понимаю, откуда этот шрам там), когда я пошёл её сватать продавщице в соседнем зоомагазине, что внезапно потеряла свою трёхцветную кошку, главное до того украшение их прилавка, похожую на неё как родная сестра-близняшка. Я возможно уж тогда рассказывал. Как раз надо было всех их раздавать, когда котята подросли и научились жевать. Ну, Мультяшка была вообще девка крупная и мощная, раза в два крупнее обычных миниатюрных кошек-девочек.

А здесь у Плутарха тот же анекдот уже подробней. Да, а этот текст мне ещё не попадался. Надо б пересилить свою лень, и Плутарха хотя бы дочитать полностью, всё что только сохранилось до наших дней. Один из тех авторов, что сразу вызывают уважение своим интеллектом и уникальными познаниями.

Плутарх — Изречения спартанцев

Текст приводится по изданию: Плутарх. Застольные беседы. Ленинград, «Наука», 1990.
Перевод М. Н. Ботвинника.

33. Спар­тан­цы нака­за­ли одно­го заез­же­го кифа­ри­ста за то, что тот играл на кифа­ре паль­ца­ми*.

34. Два маль­чи­ка сра­жа­лись, и один смер­тель­но ранил дру­го­го уда­ром сер­па. Его дру­зья перед тем, как разой­тись, объ­яви­ли, что будут мстить и убьют того, кто пора­зил их това­ри­ща. «Ради всех богов, не делай­те это­го! — вос­клик­нул уми­раю­щий. — Это же неспра­вед­ли­во! Я ведь сам убил бы его, дей­ст­вуй я быст­рее и ока­жись более лов­ким».

35. Дру­гой маль­чик достиг воз­рас­та, когда соглас­но спар­тан­ско­му обы­чаю сво­бод­ные маль­чи­ки долж­ны воро­вать все что угод­но, но толь­ко не попа­дать­ся; его това­ри­щи укра­ли живо­го лисен­ка и пере­да­ли ему на сохра­не­ние. В это вре­мя те, кто поте­рял лисен­ка, яви­лись его разыс­ки­вать. Маль­чик спря­тал лисен­ка под плащ, и рас­сер­жен­ный зве­рек начал грызть его бок, пока не добрал­ся до внут­рен­но­стей; маль­чик, боясь, что его ули­чат, не пода­вал виду. Когда нако­нец пре­сле­до­ва­те­ли ушли и его това­ри­щи увиде­ли, что про­изо­шло, они ста­ли бра­нить маль­чи­ка, гово­ря, что луч­ше было пока­зать лисен­ка, чем пря­тать, жерт­вуя ради это­го жиз­нью. «Нет, — ска­зал маль­чик, — луч­ше уме­реть, не под­дав­шись боли, чем, про­явив сла­бость, обна­ру­жить себя и ценой позо­ра сохра­нить жизнь».

36. Какие-то люди, встре­тив­шись на доро­ге со спар­тан­ца­ми, ска­за­ли: «Вам повез­ло. Толь­ко что отсюда ушли раз­бой­ни­ки». «Эни­а­лий свиде­тель, — отве­ча­ли спар­тан­цы, — это им повез­ло, что они не встре­ти­ли нас!»

37. Когда как-то спар­тан­ца спро­си­ли, что он уме­ет, тот отве­тил: «Быть сво­бод­ным».

____
* Спар­тан­цы были очень кон­сер­ва­тив­ны и суро­во кара­ли тех, кто нару­шал издрев­ле уста­нов­лен­ный обы­чай игры на музы­каль­ных инстру­мен­тах. Обыч­но на кифа­ре игра­ли с помо­щью плек­тра.

Но мы там сразу продолжили. И AI, как вижу, невзначай упрекнул меня в моей невнимательности и легкомысленности.

→ ...Если вы хотите, мы можем подробнее разобрать, как именно проходил отбор младенцев на знаменитой тайгетской скале по Плутарху, или коснуться роли спартанских женщин, которые, судя по его записям, имели невероятную для Древней Греции свободу.

← О, уж знаменитой. Я читал тогда его жизнеописания тщательно вроде, но о «знаменитой тайгетской» скале не помню. Впрочем, уж давно зная, с детства, про их тот обычай бросать лишних новорождённых с обрыва. Это ведь об этом?

→ Да, речь именно об этом, но с важной поправкой: со скалы младенцев никто не бросал, а сам Плутарх писал немного другое. Миф о жестоком сбрасывании со скалы Тайгет — это искажение первоисточника. [1, 2, 3]

Если вы внимательно читали «Жизнеописание Ликурга» (глава 16), то эта сцена там есть. Однако дьявол кроется в деталях перевода и археологии: [4]

Что на самом деле написал Плутарх?

* Оставляли, а не бросали: Плутарх пишет, что слабых, больных или «уродливых» новорождённых относили в место, называемое Апотеты (греч. Apothetae — букв. «место откладывания», «склад»). Это была глубокая расщелина/пропасть у подножия (или на склонах) горного хребта Тайгет. Детей туда относили и оставляли умирать от голода и непогоды (экспозиция). Логика древних была в том, что напрямую кровь ребёнка они не проливали, отдавая его судьбу на волю богов и природы. [4, 5, 6]

* Откуда взялась скала?: Сбрасывание с обрыва — это совершенно другой спартанский обычай, но применялся он к взрослым. Преступников, предателей и военнопленных спартанцы действительно казнили, сбрасывая в знаменитую пропасть Кайадас. Со временем в массовом сознании (и художественной литературе) «оставление в Апотетах» и «казнь в Кайадасе» слились в один жуткий образ летящих со скалы младенцев. [1, 2, 7]

Что говорит современная наука?

В XXI веке этот «знаменитый» обычай Спарты [подвергся серьёзному сомнению](https://naked-science.ru/article/history/istoriki-nazvali-mifom-ubijstvo-slabyh) со стороны учёных: [8]

1. Археологический провал мифа: Греческие археологи и антропологи тщательно исследовали те самые ущелья и пещеры горного хребта [Тайгет](https://www.google.com/search?kgmid=/m/030x8s), включая Кайадас. Они нашли огромное количество человеческих останков, но антропологический анализ показал: все кости принадлежат взрослым мужчинам (от 18 до 40+ лет). Никаких следов массовых захоронений новорождённых или младенцев там обнаружено не было. [2, 7, 9]

2. Плутарх как единственный источник: Об этой практике сообщает только Плутарх. Ни один другой античный автор, живший ближе к классической Спарте (Геродот, Ксенофонт, Платон или Аристотель), ничего подобного не упоминает. Плутарх же писал свой труд примерно в 100 году н.э. — спустя более чем 500-700 лет после описываемых реформ Ликурга. К его времени Спарта уже превратилась в своеобразный «аттракцион» для римских туристов, обросший жуткими легендами. [2, 6, 10, 11, 12, 13]

3. Общегреческая практика: Оставление нежелательных детей (особенно девочек или младенцев с явными дефектами) на произвол судьбы практиковалось по всей Древней Греции, включая «просвещённые» Афины. Разница, по словам Плутарха, была лишь в том, что в Афинах судьбу ребёнка решал отец, а в Спарте — совет старейшин (государство). [4, 14, 15]

Хотите, обсудим, какие ещё мифы о Спарте Плутарх заставил весь мир принять за чистую правду (например, про «непобедимость» спартанцев или их отношение к деньгам)? Или вам интереснее узнать, как именно старейшины проводили «осмотр» новорождённого? [4, 6]

[1] [https://www.badancient.com](https://www.badancient.com/claims/spartans-throw-babies-mountains/)
[2] [https://www.quora.com](https://www.quora.com/Did-the-Spartans-commit-infanticide-killing-male-babies-who-seemed-weak-and-sickly-since-they-would-would-not-grow-up-to-be-strong-warriors)
[3] [https://www.ilovegreece.ru](https://www.ilovegreece.ru/blog/point-of-view/sbrasivali-li-spartanci-svoih-detei-so-skali)
[4] [https://lexundria.com](https://lexundria.com/plut_lyc/16/prr)
[5] [https://ru.wikisource.org](https://ru.wikisource.org/wiki/%D0%A1%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%BD%D0%B8%D1%82%D0%B5%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D1%8B%D0%B5_%D0%B6%D0%B8%D0%B7%D0%BD%D0%B5%D0%BE%D0%BF%D0%B8%D1%81%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%8F_%28%D0%9F%D0%BB%D1%83%D1%82%D0%B0%D1%80%D1%85;_%D0%90%D0%BB%D0%B5%D0%BA%D1%81%D0%B5%D0%B5%D0%B2%29/%D0%9B%D0%B8%D0%BA%D1%83%D1%80%D0%B3_%D0%B8_%D0%9D%D1%83%D0%BC%D0%B0_%D0%9F%D0%BE%D0%BC%D0%BF%D0%B8%D0%BB%D0%B8%D0%B9/%D0%9B%D0%B8%D0%BA%D1%83%D1%80%D0%B3)
[6] [https://www.ancient-origins.net](https://www.ancient-origins.net/news-history-archaeology/infanticide-0016180)
[7] [https://www.panr.com.cy](https://www.panr.com.cy/article/the-fate-of-sickly-and-disabled-new-born-babies-in-ancient-greece-sparta-and-athens/)
[8] [https://naked-science.ru](https://naked-science.ru/article/history/istoriki-nazvali-mifom-ubijstvo-slabyh)
[9] [https://ru.wikipedia.org](https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A2%D0%B0%D0%B9%D0%B3%D0%B5%D1%82)
[10] [https://www.science.org](https://www.science.org/content/article/ancient-greeks-didn-t-kill-weak-babies-new-study-argues)
[11] [https://poj.peeters-leuven.be](https://poj.peeters-leuven.be/content.php?url=article&id=632397)
[12] [https://www.quora.com](https://www.quora.com/Did-the-Spartans-throw-babies-off-cliffs)
[13] [https://sl.ceur.ru](https://sl.ceur.ru/dictionary/item112727/)
[14] [https://www.spartareconsidered.com](https://www.spartareconsidered.com/infanticide.html)
[15] [https://www.quora.com](https://www.quora.com/Did-the-Spartans-really-discard-babies)

____

Вот что мне в AI Гугла нравится — он работает так, словно пишет диссертацию. Сразу вот нна тебе библиографию, и по десять ссылок на источники на страницу текста — как и нас тогда заставляли наши профессора. Это очень хорошая культура мышления.

А я такой, на контрасте с его серьёзностью — легкомысленный ленивый дурачок, что вон ленится лишний раз Shift нажать и точку поставить. Избаловали уж роботы человека в вашем XXI веке. И мы даже знаем, какого именно.

Мы с ним такие совсем аутентичные Дживс и Вустер Вудхауса. Зовите меня по-простому, Берти.

____

* Откуда взялась скала?: Сбрасывание с обрыва — это совершенно другой спартанский обычай, но применялся он к взрослым. Преступников, предателей и военнопленных спартанцы действительно казнили, сбрасывая в знаменитую пропасть Кайадас.

Ну и не только спартанских же? Как помню тоже с детства, того нашего Эзопа ведь тоже? Могу тоже неточно помнить, столько десятилетий уж прошло.

Впрочем, собственно о Древней Греции у нас, если задуматься, ничего кроме вот Мифов Древней Греции и не осталось. Даже, видите, Плутарх уж оперировал сказками прежних поколений. А вон Элиана ещё помните весёлого пёстрого? А Диогена Лаэртского?

Тот же Платон, автор весьма неоднородный и неоднозначный, даже можно сказать, хитрый. Как пишет нам сквозь века Диоген Лаэртский (не тот Диоген, и не тот Лаэртский)...

Кстати, мы там в итоге с AI и начали разговаривать о том, а сколько вообще погибло источников даже вон от Аристотеля до Плутарха, не говоря уж сколько погибло после Плутарха. Помните, мне тогда впервые об этом Фаддей Францевич рассказал, особо обратил внимание, ну а я вам тогда.

____

Оставляли, а не бросали: Плутарх пишет, что слабых, больных или «уродливых» новорождённых относили в место, называемое Апотеты (греч. Apothetae — букв. «место откладывания», «склад»).

Ну, этим ведь не только греки, а и японцы те были славны. Помните те истории, как они и стариков своих относили в лес к волкам к тануки, и детей... вон, помните то хайку у Басё?

Грустите, слушая крик обезьяны
А знаете как плачет ребёнок
Покинутый на осеннем ветру?

сару во кику хито / сутэго ни аки но / кадзэ ика ни (7-7-5)
обезьян слушают люди / ребёнка брошенного на осеннем / ветру [пусть послушают]
(IB-181-1, HS-194, JR-196), 1684, осень

Продолжение дневника «В открытом поле» (野ざらし紀行 — Nozarashi kikō). Стихотворение следует после трёхстишия Тири и следующего прозаического вступления: «По дороге вдоль реки Фудзи мы нашли брошенного ребёнка около двух лет отроду, кричащего, что было сил. Видно его родители, поняв, что волны этого зыбкого мира также непредсказуемы, как бурные брызги этой реки, решили оставить дитя здесь, пока его жизнь не угаснет, как росинка. Он выглядел, словно кустик хаги, колышимый осенним ветром. Я подал ему немного еды из нарукавного кармана». Здесь упоминается образ из «Гэндзи-моногатари» Мурасаки Сикибу, где «кустик хаги» символизирует маленького Гэндзи, оставшегося сиротой. В китайской поэзии крик обезьян обычно связан с ощущением печали. Ср. со строкой второго стихотворения Ду Фу из цикла «Восемь стансов об осени»: «Слышу обезьян и действительно проливаю... при третьем крике слёзы». (Перевод академика АН СССР Николая Иосифовича Конрада)

Да и, если помню, у вполне немецко-фашистских братьев Гримм и Г. Х. Андерсона тоже такого полно было. Потом Персей кажется, Моисей и дочь фараона что выловила его из реки, да там, наверное целый общий миф, о котором вон тогда верно ещё Пропп, Фрейзер и Кэмпбелл писали, я уж всё забыл, что тогда читал у них... — хороший знак, стало быть настало время начать перечитывать!

Те же, кстати, Ромул и Рeм. Вы как хотите, а мне то их версия о lupa — как о местном итальянском жаргонизме, означавшем всего лишь обычную падшую женщину (кажется, даже до Плутарха как раз тогда, это уж у Азимова читал... да, он тоже пересказывал Плутарха тогда и прочих, он не только фантастику писал), как это у них принято в странах капитала, категорически не нравится. Во-первых, о таком и упоминать в легенде не стоило, вполне обычный рядовой случай; потом, а зачем тогда те сами римляне вон прямо волчицу отливали с выменем? или они дураки были и по-своему, по-римски, на латыни, не розумели? и, главное, вот что у дикой волчицы как раз лактация была (тоже хорошее как раз римское слово) в её дикой природе с её родными волчатами — это понятно, а вот откуда у местной италийской жрицы всего такого весёлого лактация посреди вдруг страды, раз у Ромула и Рема не было сводных братьев и сестёр? а если и погибли — то это ведь должен был и миф отразить, как значимую трагедию той что спасла их. Античные мыслители, вы их видели, не дураки все были, тот же вышеупомянутый Эсхил со своей черепахой по черепу вовсе был склонен к трагизму во всём и до неё, взять того же недавнего Фрейда с его заскоками, что он у Эсхила как раз стырил, и того же Прометея... да многое. В общем, как хотите, мне ближе дикая шерстяная волчица лесная. С её двумя античными Мауглями. С вот такими сиськами... ну вы видели те статуи их, нет, не вообще те статуи их с сиськами — а именно той волчицы. Это же прямо какая-то корова!

Бурёнку свою не отдам никому,
Такая скотина нужна самому!

Богато жил древний римский народ, раз у него даже волчицы были такие вот. Эпические. Да так и вымер потом от своей изнеженности.

О, да вон же и та наша детская русская сказка Морозко (большой формат; тонкая, то есть не в сборнике, а отдельно; акварельные скорее иллюстрации... ну, вы помните как тогда издавали, потом вдруг разучились; да и мультик верно был, а может и фильм тоже) — она же про это была?

«Тепло ли тебе девица? Тепло ли тебе красная?»

Надо же, как чётко работает память. Почти вон как у AI механического — сразу выталкивает наверх, в тонкий слой активного сознания вещи, что мы уж давно с детства позабыли за ненадобностью.

→ Хотите, обсудим, какие ещё мифы о Спарте Плутарх заставил весь мир принять за чистую правду (например, про «непобедимость» спартанцев или их отношение к деньгам)?

← Где точно у Плутарха приводится история про лисёнка?

Это я ко вчерашнему разговору сегодня вернулся, забыв что у ж спрашивал, поленившись даже тогда сразу изучить его ответы. Вот, только сегодня всё разобрал.

→ История о спартанском мальчике и лисёнке приводится у Плутарха ровно в двух конкретных местах его сохранившихся трудов:

1. В «Сравнительных жизнеописаниях». Основное и самое известное упоминание находится именно в биографическом цикле — в «Жизнеописании Ликурга», глава 18 (раздел 1). Плутарх описывает суровые тренировки лакедемонских подростков и их обычай красть еду, чтобы развить скрытность.

2. В философском цикле «Моралии». Второй раз Плутарх приводит этот же сюжет в своём масштабном сборнике «Изречения спартанцев» (Apophthegmata Laconica, который входит в состав «Моралий».

[...]

Вы вполне могли пропустить это предложение в «Ликурге», так как Плутарх вставляет его мимоходом как один из десятков коротких примеров спартанской жесткости, не выделяя под притчу отдельную главу.

____

Ну да, так и есть. Вовсе тогда не заметил, уж знаю ту историю с детства, да и сам Плутарх тоже особо не увлёкся ею, привёл как общее для нас всех место: «А ещё вон помните того лисёнка, мужики? — Ну ещё б, кто того лисёнка не помнит!»

____

← Другие анекдоты.

→ Спартанцы славились своим лаконичным юмором — хлёстким, мрачным и невероятно коротким. Плутарх посвятил их остроумию огромный раздел в «Моралиях».

Вот лучшие исторические анекдоты и едкие ответы спартанцев, разделённые по темам:

О войне и бесстрашии

* Про персидские стрелы
Когда спартанцу Диенеку перед битвой при Фермопилах сказали, что у персов так много лучников, что их стрелы закроют солнце, он спокойно ответил:

«Отлично, значит, мы будем сражаться в тени».

* О длине мечей
Один грек посмеялся над спартанскими мечами, назвав их «ножиками», которые легко проглотит любой бродячий фокусник. Спартанский царь Агис II парировал:

«И тем не менее, этими ножиками мы легко достаём до наших врагов».

* О крепостных стенах
Азиатский посол удивился, почему вокруг Спарты нет оборонительных стен, и спросил царя Агесилая, где же его укрепления. Царь указал рукой на своих тяжело вооружённых воинов:

«Вот стены Спарты, а каждый воин — её кирпич».

О еде, роскоши и культуре

* Впечатления от «черной похлебки»
Житель изнеженного сибаритского полиса приехал в Спарту, попробовал их главное блюдо — чёрную кровяную похлёбку — и с отвращением выплюнул её, заявив:

«Теперь я понимаю, почему спартанцы так легко идут на смерть. Лучше погибнуть в бою, чем каждый день это есть».

* Про театр и поэзию
Один афинянин хвастался перед спартанцем изяществом афинских комедий и трагедий, заметив, что в Спарте нет своих драматургов. Спартанец ответил:

«Мы не сочиняем чужие жизни на сцене. Мы проживаем свои собственные».

* О духах и благовониях
Когда спартанскому царю предложили дорогие духи, чтобы он приятно пах на пиру, он наотрез отказался, сказав:

«Не нужно портить хорошую грязь моей родины чужеземным мылом».


Ответы афинянам и врагам

* Ораторское искусство
Афинские ораторы славились многочасовыми красивыми речами. Когда одного спартанца спросили, почему его соотечественники говорят так мало, он отрезал:

«Тот, кому есть что сказать по делу, не нуждается в длинных словах».

* Самый короткий ответ в истории
Когда македонский царь Филипп II (отец Александра Македонского) подошёл к границам Лаконики, он отправил спартанцам грозное письмо: «Если я захвачу ваши земли, я сравняю Спарту с землей и уничтожу её жителей».
Спартанские эфоры отправили ему официальный ответ, состоящий ровно из одного слова:

«Если».
(Филипп после этого решил обойти Спарту стороной).

Какая грань спартанского юмора вам ближе — их военный цинизм или презрение к роскоши? Можем также разобрать, как спартанские женщины ставили мужчин на место своими лаконичными ответами. Чем продолжим?

____

Странно, но то ли из его же Βίοι Παράλληλοι, то ли... ну, много откуда, но почти все эти лаконизмы уж встречал. Да нас тогда и в университете заставляли учить что-то такое уж на латыни, в переложении. Но для нашего сайта как раз хорошая подборка. Как, помните, недавно я начал заполнять отдельный зоопарк латинских пословиц и поговорок.

А эта же сама собой напрашивающаяся тут шутка точно ведь уж у Тэффи была? я снова пропустил вчера там за ненадобностью, сфокусировавшись на нахождении вот лисёнка: что Лаконию тогда назвали так оттого, что жители её выражались лаконически.

А тех, кто был средь них вот так же болтлив, как мы с Плутархом — тех они вон со скалы сразу.

→ Какая грань спартанского юмора вам ближе — их военный цинизм или презрение к роскоши? Можем также разобрать, как спартанские женщины ставили мужчин на место своими лаконичными ответами.

← Все три темы.

→ Спартанцы были мастерами слова во всех сферах жизни. Вот продолжение их лучших анекдотов и изречений, зафиксированных Плутархом, по всем трём темам.

1. Военный цинизм и чёрный юмор

Спартанцев с детства учили смотреть в лицо смерти с иронией, поэтому их шутки на поле боя часто были пугающе хладнокровными.

* Про численность врага
Когда царя Агиса спросили, сколько всего воинов в спартанской армии, он ответил:

«Достаточно, чтобы прогнать трусов».
В другой раз его же спросили, почему спартанцы перед боем никогда не выясняют численность вражеского войска. Агис отрезал:
«Спартанцы не спрашивают, сколько врагов. Они спрашивают, где они».

* Завтрак перед смертью
В самый разгар битвы при Фермопилах, когда триста спартанцев поняли, что они окружены и обречены, царь Леонид отдал приказ к утреннему приёму пищи со словами:

«Завтракайте плотнее, мужики! Обедать мы будем уже в Аиде (подземном царстве)».

* О пользе седых волос
Старый спартанский воин шёл в атаку в первых рядах. Коллеги по оружию спросили его, зачем он, будучи глубоким стариком, лезет в самое пекло. Старик улыбнулся:

«Я хочу, чтобы враги увидели мои седые волосы и поняли, что у Спарты не закончатся мужчины, даже если они убьют молодых».


2. Презрение к роскоши, деньгам и комфорту

Лакедемоняне считали золото и изнеженность ментальным ядом, который разрушает государства изнутри.

* Встреча с богачом
Один иностранец, увешанный золотыми цепями, перстнями и одетый в роскошные пурпурные шелка, приехал в Спарту и попытался высокомерно общаться с местными. Спартанец осмотрел его с ног до головы и громко сказал прохожим:

«Смотрите, этот человек — просто куча навоза, которую кто-то зачем-то позолотил».

* О кулинарных изысках
Спартанский царь Агесилай во время похода в Азию получил в подарок от местных сатрапов огромное количество изысканных деликатесов, тортов и сладостей. Он приказал раздать всё это рабам-илотам. Когда его спросили, почему он сам не попробовал, царь ответил:

«Мужам, воспитанным в свободе, не пристало есть то, что делает человека ленивым и толстым. Для воина лучшая приправа к еде — это голод после марш-броска».

* О дорогих памятниках
Когда одного спартанца спросили, почему в их городе нет величественных мраморных гробниц и золотых статуй в честь умерших царей, он ответил:

«Мы ставим памятники не из камня, который может разрушиться. Наши памятники — это наши победы, которые помнят враги».


3. Остроумие спартанских женщин

Женщины Спарты обладали уникальным статусом в Греции: они управляли имуществом, занимались спортом и славились своим невероятно жёстким, но авторитетным характером.

* Единственные, кто командует мужчинами
Горго, жена царя Леонида, была известна своим острым умом. Однажды знатная женщина из Афин с упрёком сказала ей: «Вы, спартанки — единственные женщины в Греции, которые полностью подчинили себе своих мужей и командуют ими!». Горго гордо ответила:

«Да, но мы и единственные, кто рожает настоящих мужчин».

* Знаменитый наказ матери
Провожая сына на войну, спартанская мать вручала ему тяжёлый круглый щит (гоплон) и говорила фразу, ставшую легендой:

«С ним или на нём» («Тан э та эпи тас»).
Это означало: либо вернись победителем со щитом в руках, либо пусть тебя принесут на нём мёртвым. Бросить щит на поле боя считалось главным позором, так как он защищал всю шеренгу.

* Реакция на трусость
Плутарх описывает случай, когда один спартанец бежал с поля боя и вернулся в город живым, бросив товарищей. Когда он пришёл домой, родная мать преградила ему путь, задрала подол своего платья и ледяным тоном спросила:

«Ты куда это бежишь, трус? Собираешься залезть обратно туда, откуда я тебя родила?».
(После такого позора беглецы часто сами лишали себя жизни).

Если хотите, мы можем углубиться в то, как Плутарх описывал свадебные ритуалы спартанцев (там невесту брили налысо и одевали в мужскую одежду), или обсудить, почему Аристотель критиковал спартанских женщин, считая, что именно они погубили Спарту. Какая тема вам интересна?

____

Заметьте, я тут всё это привожу именно как апологет нашего нового AI, как пример того, что он всё больше начинает мыслить как подобает, как и мы сами, всё меньше галлюцинирует, как мы уж привыкли в его первые годы. Ну, как знаете по себе и своим детям, в наши первые год-два мы тоже тогда были не самые глубокомысленные собеседники.

И этот пример, про Плутарха и Лакедемон, и их лаконизмы — как раз удобная лакмусова бумажка, когда даже не надо лезть перепроверять никуда, как с этим «...Если».

→ Если хотите, мы можем углубиться в то, как Плутарх описывал свадебные ритуалы спартанцев (там невесту брили налысо и одевали в мужскую одежду), или обсудить, почему Аристотель критиковал спартанских женщин, считая, что именно они погубили Спарту. Какая тема вам интересна?

← Обе.

→ Эти две темы у Плутарха и Аристотеля парадоксальным образом связаны. Плутарх восхищался спартанскими женщинами и видел в них идеал стойкости, а Аристотель, напротив, считал их главной причиной краха всей спартанской цивилизации.

Тема 1. Свадебные ритуалы по Плутарху (Из «Жизнеописания Ликурга»)

Спартанский брак мало походил на семейную жизнь в остальной Греции. Плутарх описывает ритуал, который больше напоминал спецоперацию или военный захват:

Ритуальное похищение: Жених должен был тайно «похитить» невесту. Делалось это по взаимному согласию семей, но сам обряд маскировали под кражу. [...]
____

— Что грузите?
— Невесту украли, товарищ старшина.
— Бэ-э-э!
— Хе-е, шутник! Будешь жарить шашлык из этого невеста — не забудь пригласить!

Но нет, мой собеседник говорит, это вовсе не для того чтоб юная спартанская будущая вдова поскорей привыкала и сама к трудностям и лишениям военного быта, как я ожидал от неё было. А оттого, что у них в культуре была вон сепарация дурная девочек от мальчиков, как, впрочем, и в тех дореволюционных гимназиях. Зато нам, советским детям, повезло. Спасибо тов. тов. Ленину и Сталину, кстати. И это вовсе без малейшей иронии. Мы уж в детском садике вдруг сразу поняли, что девочки — они пусть и дуры конечно, но очень изящные такие, особенные, в бантиках. Но уж изначально коварные-коварные...

Дальше я пропущу из соображений приличия. Мне близка культура Древней Греции и Рима, но вовсе не во всех их дохристианских повадках, встречая их у Светония с Петронием там, даже и у Плутарха, предпочитаю пропускать мимо, идти далее.

Хотя, да нет, раз уж начал про это — как раз хорошая иллюстрация, что с ними было там не так. И отчего я, как уж последователь современной христианской этики, что вот уж две тысячи лет как выместила их свирепые нравы, изначально брезгую подобными фрагментами из их быта. Как нас, собственно, своим примером приучили пропускать все эти стороны те наши все советские адаптации их древних текстов именно в виде мультиков и книг «для младшего и среднего школьного возраста», помните такие формулировки там в выходных данных? Так, я предупредил, «детям до 16 строго воспрещается», как тоже потом разучились писать повсюду, а жаль, мы тогда в школе особо кидались посмотреть на очередные мимолётные сиськи в кинотеатре.

Заметьте, как сам AI тоже вполне приличен, следует нашей традиции, пытается объяснить их нравы строго научно, что конечно тоже фраппирует немало. Вот, ребята, ваша Спарта и вымерла. Несмотря на весь ваш лаконизм. Кстати, как помню, мне AI тогда как раз подсказал, что и Аристотель, которого я тоже весьма далеко не полностью читал, чтоб даже не сказать чуть честнее, что вовсе почти не читал толком, за теми редкими исключениями — он тоже с осуждением относился к Спарте, ну, понятно, будучи на стороне Афин, мы там даже с AI это подробно разобрали... и даже вывел свою социально-экономическую теорию, как именно вот такие спартанские нравы и привели к её вырождению и крушению... Погодите, а вон, это уж следом. Ой, да я ж читал «Политику» Аристотеля тогда на первом курсе... или «Политею» Платона? (она же «Res publica» по-римски и «Государство» по-нашему)... ха-ха, если и читал, то как обычно тогда, наискосок, за полчаса, не особо вглядываясь, будучи куда более увлечён насыщенной семейной жизнью. Стало быть, тоже время перечитывать уж несколько более внимательно.

Заметьте снова, насколько отличный инструмент этот ваш AI — как он отражает наши знания и незнания. Это то, чего мы и ожидаем от умного собеседника, от даже преподавателя — что вам тут же укажут явно: а вот в этом вопросе вы плаваете, заметьте!

Но ладно, вернёмся к свирепым спартанским нравам и Аристотелю, что тоже их не жаловал:
____
...
1. Ритуальное похищение: Жених должен был тайно «похитить» невесту. Делалось это по взаимному согласию семей, но сам обряд маскировали под кражу.

2. Смена гендерных ролей: Подружка невесты (сваха) принимала девушку, брила ей голову налысо, одевала в мужской плащ (гиматий) и грубые сандалии, а затем укладывала в темной комнате на соломенную подстилку.

3. Зачем этот маскарад?: Историки спорят о причинах. Самая популярная версия — спартанские юноши до 30 лет жили исключительно в казармах среди мужчин и не умели общаться с женщинами. Вид «мужеподобной» невесты в темноте помогал жениху снизить стресс при переходе от гомосоциального армейского быта к гетеросексуальному браку.

4. Брак в режиме секретности: Молодой муж приходил к жене под покровом ночи, предварительно поужинав в казарме. После свидания он незаметно возвращался спать к товарищам. Плутарх пишет, что супруги могли годами не видеть друг друга при дневном свете, и у некоторых уже рождались дети, а они ещё ни разу не говорили днем. Это разжигало страсть и исключало изнеженность бытом.


Тема 2. Почему Аристотель считал, что спартанки погубили Спарту? (Из трактата «Политика»)

Если Плутарх воспевал спартанок за их железный характер, то великий философ Аристотель (живший за 400 лет до Плутарха, в эпоху заката Спарты) подошел к вопросу как сухой социолог и экономист. В своей «Политике» он заявляет, что государственное устройство Спарты — глубоко дефектно, и виной тому «гинекократия» (власть женщин).
Вот его главные аргументы:

* Полная неуправляемость: Пока спартанские мужчины годами пропадали в военных походах или сидели в казармах под строжайшей дисциплиной Ликурга, женщины дома оставались без всякого контроля. По мнению Аристотеля, они жили в абсолютной роскоши, изнеженности и распущенности, пока их мужья страдали на войне.
* Экономический захват (Олигантропия): Это самый сильный аргумент философа. В Спарте женщины, в отличие от Афин, имели законное право владеть землей и получать её в наследство. Из-за частой гибели мужчин на войне и практики давать за дочерьми огромное приданое, земля стала стремительно концентрироваться в женских руках. Аристотель с ужасом пишет: «Почти две пятых всей земли в Спарте принадлежат женщинам».
* Демографический коллапс: Из-за того, что женщины контролировали землю и богатство, они не хотели делить свои имения между множеством наследников (чтобы не дробить участки). Рождаемость упала. Спарте банально перестало хватать полноправных воинов (спартиатов) для удержания империи. Во время битвы при Левктрах (371 г. до н.э.) Спарта навсегда потеряла величие просто потому, что у неё физически кончились солдаты.
* Трусость в критический момент: Когда враги (фиванцы) впервые в истории подошли прямо к стенам Спарты, Плутарх писал, что спартанки рвались в бой. Но Аристотель описывает это иначе: он заявляет, что женщины подняли дикую панику, кричали от страха и «причинили больше вреда и суматохи, чем сами враги».

Таким образом, Плутарх показал нам красивую романтическую легенду о великих матерях, а Аристотель — жесткую реальность того, как экономическая свобода женщин разрушила суровое военное государство изнутри.
Чья точка зрения — восхищенного Плутарха или критического Аристотеля — кажется вам более убедительной? Или, возможно, вы хотите узнать, как спартанские женщины тренировались наравне с мужчинами?

→ Чья точка зрения — восхищенного Плутарха или критического Аристотеля — кажется вам более убедительной? Или, возможно, вы хотите узнать, как спартанские женщины тренировались наравне с мужчинами?

← Аристотель был ближе к тем временам, но он же был и противником Спарты, афинянином, пусть и из Стагира? Стагир изначально был союзным Афинам? Сколько примерно источников, текстов, могло быть утрачено со времён Платона и Аристотеля — до времён Плутарха?

→ Вы абсолютно правы в своей исторической зоркости. Аристотель действительно не был беспристрастным наблюдателем. Будучи чужеземцем в Афинах, он всё же насквозь пропитался афинской политической культурой и её вечной конкуренцией со Спартой.

____

Да уж, чрезвычайная историческая зоркость. Ой, я собой недоволен изначально в этом диалоге. Начавшемся уж с того, что я даже того лисёнка у Плутарха пропустил, не заметил. Так себе, в общем, вы видели, на троечку. Да и AI, похоже, тоже уж давно заметил, насколько я туплю.

____

Ниже разложены детальные ответы на ваши вопросы о геополитике Стагира и катастрофических масштабах утраты античной литературы.


Был ли Стагир союзником Афин?

Да, Стагир изначально входил в орбиту влияния Афин.

* Афинский морской союз: После Греко-персидских войн Стагир добровольно вступил в Делосский союз (Первый Афинский морской союз) под эгидой Афин [1]. Город исправно платил Афинам налог (форос) [1].
* Предательство и раскол: Во время Пелопоннесской войны (в 424 году до н.э.) Стагир взбунтовался против Афин и переметнулся на сторону... Спарты [1], открыв ворота спартанскому полководцу Брасиду. Афиняне пытались вернуть город силой, но штурм провалился.
* Уничтожение Филиппом II: Город жестоко пострадал не от Афин или Спарты, а от отца Александра Македонского — Филиппа II, который полностью разрушил его. Позже, из уважения к Аристотелю, Филипп отстроил Стагир заново.

Поэтому Аристотель рос в атмосфере, где все полисы бесконечно воевали друг с другом. Спартанское устройство казалось ему неестественной «казармой», выбивающейся из нормальной логики греческого полиса.


Сколько текстов было утрачено от Аристотеля до Плутарха?

Между смертью Аристотеля (322 г. до н.э.) и зрелостью Плутарха (ок. 100 г. н.э.) прошло чуть более 400 лет. За это время античный мир пережил грандиозную гуманитарную катастрофу.

По оценкам историков, в этот период было безвозвратно потеряно от 50% до 70% всей существовавшей научной, философской и исторической литературы.

Чтобы понять масштаб катастрофы, достаточно посмотреть на потери самих авторов, которых вы упомянули:

## 1. Потери трудов самого Аристотеля
Аристотель написал, по разным оценкам, около 150–200 трактатов. До Плутарха (и до нас) дошла едва ли треть.

* Была полностью утрачена его художественная, «экзотерическая» литература — философские диалоги, написанные прекрасным языком (Цицерон называл слог Аристотеля «золотым потоком»). Плутарх их читал, а мы знаем о них только по цитатам.
* Для своей «Политики» Аристотель со своими учениками написал 158 конституций (описаний государственного строя) разных греческих и варварских городов. В том числе там была подробнейшая «Лакедемонская полития» (Конституция Спарты). До наших дней чудом дошла всего 1 из 158 — «Афинская полития», найденная на папирусе в Египте в конце XIX века. Все остальные, включая спартанскую, были потеряны.

## 2. Потери Платона
Платону повезло больше всех — его Академия бережно переписывала труды учителя, поэтому его канонические диалоги дошли до Плутарха и до нас практически полностью. Однако труды его ближайших учеников (Спевсиппа, Ксенократа) исчезли почти целиком.

## 3. Потери историков (главный удар)
Для Плутарха как биографа это была самая болезненная потеря. Исчезли сотни трудов историков IV–III веков до н.э., которые своими глазами видели классическую и угасающую Спарту.


[Эфор Кимский]
[Феопомп] написал огромную историю Филиппа II и греческих полисов в 58 томах. Утрачена.
[Каллисфен] племянник Аристотеля и хроникёр Александра. Утрачен.

____

О! я вот только недавно до того, вчера, как раз вспоминал бедного Каллисфена. ↑↑ Vide supra.

Чуждая для индуизма новая философская традиция (а Александр Филиппович с собой туда и философов таскал, не только гетайров и гетер; правда, вы помните, там была грустная история) — которую Индия так и не приняла в итоге, и она уползла дальше на восток.

Нет, ну он-то понятно отчего не сохранился. Шурик у нас не только Великий был, но и местами беспощадный. Так уж получилось, извините.

____

## Почему тексты исчезали так быстро?

1. Пожар Александрийской библиотеки: Самый известный, но не единственный удар. Во время войны Юлия Цезаря в Египте (48 г. до н.э.) сгорели портовые склады и часть библиотеки — погибли сотни тысяч свитков, многие из которых были единственными копиями в мире.
2. Физический износ папируса: Папирус в условиях Греции и Рима (в отличие от сухого Египта) жил в среднем 100–150 лет. Если книгу за это время не переписали несколько раз, она буквально рассыпалась от сырости и насекомых.
3. Римское завоевание: В I веке до н.э. римляне штурмом брали Афины (Сула) и другие греческие города. Библиотеки грабились, свитки жгли ради костров или увозили в частные коллекции, где они терялись после смерти владельцев.

Плутарх, живя на рубеже I и II веков н.э., пользовался остатками некогда великого океана знаний. Он цитирует сотни авторов, имена которых мы знаем только благодаря самому Плутарху — сами их книги превратились в пыль ещё во времена Римской империи.

Если вам интересно, я могу рассказать, как именно Плутарх работал со своими источниками (ведь он жил в маленькой провинциальной Херонее и как-то умудрялся находить редкие книги) или показать пример того, как Плутарх спорил с Аристотелем в своих текстах. Что выберем?

____

Пожар Александрийской библиотеки — как нас уж в детстве в СССР учили — это вообще величайшая утрата была знаний нашей цивилизации. Ну, из замеченных ею, запомненных. А сколько ещё было тех, о которых даже и памяти не осталось?

В I веке до н.э. римляне штурмом брали Афины (Сула) Мы всё ж как-то привыкли к нему, как к Сулле. Или его тоже успели переименовать, как наши те вчерашние с Пятигорским и Киплингом Бенарес, Бомбей, Мандалай и Бирму? А, нет, Мандалай пока не успели, несмотря на его наиболее вызывающее название.

...
→ Если вам интересно, я могу рассказать, как именно Плутарх работал со своими источниками (ведь он жил в маленькой провинциальной Херонее и как-то умудрялся находить редкие книги) или показать пример того, как Плутарх спорил с Аристотелем в своих текстах. Что выберем?

← Сначала первое.

Плутарх умудрялся писать свои масштабные труды, живя в маленьком провинциальном городке Херонея (в Беотии), где, по его собственному признанию, не было ни крупных библиотек, ни книжных рынков. В «Жизнеописании Демосфена» он прямо жалуется: «Живя в городе маленьком... мы, конечно, нуждаемся во множестве чужих книг».
Тем не менее, его метод работы с источниками был гениальным для своего времени и состоял из четырёх ключевых элементов:

## 1. Личные «карманные» архивы (Ипомнемата)
Главным секретом Плутарха были ученические тетради и записные книжки (hypomnemata).

* Годами, путешествуя по Риму, Афинам, Александрии и Дельфам, он без устали выписывал цитаты, анекдоты, исторические даты и мысли из редких свитков, которые ему удавалось подержать в руках.
* К зрелому возрасту у него накопилась огромная личная картотека. Когда он садился писать «Параллельные жизнеописания» в своей глухой Херонее, ему не нужно было каждый раз ехать в Александрию — сотни выписок из утраченных ныне историков (Эфора, Феопомпа, Клитимаха) уже лежали у него на столе.

## 2. Римский «краудсорсинг» и богатые друзья
Плутарх долгое время жил в Риме, читал там лекции и завязал дружбу с высшей римской аристократией (например, с консулом Квинтом Сосием Сенеционом, которому он и посвятил «Жизнеописания»).

* У этих римлян были огромные частные библиотеки, скупленные в Греции или конфискованные в ходе войн.
* Даже вернувшись в Херонию, Плутарх поддерживал с ними переписку. Римские друзья высылали ему копии редких документов, списки государственных актов и редкие мемуары (например, личные записки римского диктатора Сулы, которые Плутарх активно цитирует).

## 3. Библиотека Дельфийского оракула
Плутарх не всю жизнь сидел безвыездно в Херонее. Он занимал почетную и очень важную должность верховного жреца в Дельфах (всего в паре дней пути от его дома).
В Дельфийском храме хранился колоссальный, неприкосновенный архив: записи договоров между полисами, древние законы, изречения, исторические хроники и священные тексты, собиравшиеся веками со всего Средиземноморья. Доступ к этому сокровищу у Плутарха был эксклюзивным.

## 4. Метод «критического сита»
Плутарх не просто слепо копировал тексты. Он разработал систему внутренней критики:

* Если три историка писали об одном событии, а четвертый (например, откровенно проафинский или проспрертанский автор) писал противоположное, Плутарх прямо указывал на это в тексте: «Большинство авторов говорят так, но Ктесий утверждает обратное, хотя веры ему мало».
* Он всегда разделял официальную историю (документы) и живой фольклор (анекдоты), честно предупреждая читателя: «Это, возможно, выдумка, но она отлично передает характер человека».

Благодаря этой титанической работе по сбору выписок, Плутарх спас для человечества колоссальный массив информации, оригиналы которой превратились в пепел.

Теперь, как мы и планировали, мы можем перейти ко второму пункту: как именно Плутарх спорил с Аристотелем в своих текстах и где он ловил великого философа на предвзятости. Переходим к этому?

____

А это уже я прямо сейчас продолжаю, обработав, прочитав чуть более, всю нашу предыдущую переписку, и процитировав её тут. Уж дал этот свой следующий вопль, как комментарий тут... но потом решил, что куда умнее задать его как вопрос моему собеседнику:
____

← Ничего себе! А эти все сведенья откуда? Я как-то даже не ожидал, что о самом Плутархе столько всего сохранится — не только его собственные тексты о других.


→ Это удивительный парадокс античной истории: о людях, живших за 500 лет до Плутарха (вроде Ликурга), мы знаем в основном легенды, а вот о самом Плутархе нам известен почти каждый шаг.

Такая детальная картина его жизни, методов работы и даже быта сложилась благодаря трем колоссальным источникам:

## 1. Его собственный «блог» (Трактаты-застолья)
Плутарх был невероятно общительным и домашним человеком. В своем цикле «Моралии» он оставил огромный сборник под названием «Застольные беседы» (Quaestiones Conviviales) в 9 книгах.

* Это буквально стенограммы (или литературные реконструкции) реальных обедов и ужинов, которые Плутарх устраивал у себя дома в Херонее или посещал в гостях.
* Из них мы знаем по именам всех его родственников: отца Автобула, братьев Ламприя и Тимона, его жену Тимоксену и сыновей.
* В этих текстах он мимоходом описывает свой быт: как он жалуется на нехватку книг, как отправляет письма друзьям в Рим с просьбой прислать свитки, как спорит с гостями-философами прямо за столом и как ездит на службу в Дельфы. Плутарх сам задокументировал свою жизнь.

## 2. «Каталог Ламприя»
В позднеантичные времена был составлен так называемый «Каталог Ламприя» (традиционно приписываемый сыну или брату Плутарха) — это полный список всех сочинений Плутарха.
Хотя из 227 указанных там трудов до нас дошло чуть больше половины, этот каталог позволил ученым четко понять масштаб его наследия и то, какие именно выписки и записные книжки (hypomnemata) он использовал при составлении книг.

## 3. Находки археологов в Дельфах и Херонее
В XIX–XX веках археологи провели масштабные раскопки в Дельфах, где Плутарх служил жрецом, и нашли материальные доказательства его жизни:

* Мраморный бюст Плутарха: В Дельфах была найдена база статуи с посвятительной надписью от граждан Дельф и Харонеи в честь своего великого земляка. Рядом обнаружили и сам портрет Плутарха, так что мы знаем, как он выглядел.
* Тексты надписей: Были откопаны официальные декреты Дельфийской амфиктионии (совета), где имя Плутарха фигурирует в качестве архонта и организатора Пифийских игр. То есть его административная работа подтверждена государственными документами на камне.

## Как ученые разгадали его метод работы?
В XIX веке в Германии зародилась жесткая филологическая наука — Quellenforschung (исследование источников). Немецкие профессора провели титаническую работу:

1. Они взяли «Жизнеописания» Плутарха и выписали из них все цитаты других авторов.
2. Они посчитали, сколько раз Плутарх ссылается на историков, чьи книги сгорели.
3. Они заметили, что в разных биографиях (например, Помпея и Цезаря) одни и те же исторические анекдоты повторяются почти слово в слово.

Это математически доказало: Плутарх не держал перед собой одновременно 20 хрупких папирусных свитков. Он листал одну свою записную книжку, куда заранее (в Риме или Афинах) выписал все самое интересное.

Теперь, когда мы знаем, как создавалась эта «кухня» античной литературы, хотите ли вы вернуться ко второму вопросу и посмотреть, как именно Плутарх спорил с Аристотелем и в чем обвинял его «Лакедемонскую политию»?

____

Он листал одну свою записную книжку, куда заранее (в Риме или Афинах) выписал все самое интересное.

Я б скорее сказал: свои тетради, и не одну стопку. Впрочем, скорее они там свитки применяли и вон восковые таблички. Впрочем, тетрадь — ведь тоже весьма древнегреческое слово, надо б и про это тоже спросить. Тогда в СССР не было особо у кого спросить, родители скорее тогда тоже ответили нечто вроде: «Ну да, но мы тоже не настолько всё знаем, мы, как понимаешь, в те времена тоже ещё уже не жили, как и ты».

Я тоже уж тогда в школе вдруг открыл, насколько отличный инструмент нашего сознания, столь дополняющий его — наши те советские школьные толстые общие тетради (отчего общие?) — куда можно всё записывать, и главное зарисовывать. Что куда богаче, чем вот до сих пор скудный интернет, куда пока можно только впечатывать с клавиатуры преимущественно, в чём сразу теряется наша та свобода так богато оформлять текст пиктограммами, иллюстрациями, разнообразными выделениями разными цветами, стрелками, подчёркиваниями... Вот, только недавно говорил, как сразу тогда предупредили родители: в книгах ничего не рисовать, не смей портить плоды чужого труда — зато вот в своих тетрадях я автор, я уж рисую как только мне вздумается.

____

← Кстати, что-то сохранилось из автографов Плутарха?

→ К великому сожалению всех историков, ни одного автографа Плутарха — то есть рукописи, написанной его собственной рукой или рукой его личного секретаря — до нас не дошло. [1]

Более того, это общее правило для всей классической античности. Мы не имеем оригинальных черновиков ни Платона, ни Аристотеля, ни Цезаря, ни Цицерона. Всё, что мы сегодня читаем — это копии с копий, которые переписывались из века в век. [1, 2, 3]

Тем не менее, в случае с Плутархом ситуация с вещественными доказательствами выглядит захватывающе. Вот что у нас есть на самом деле:

## 1. Египетские папирусы (Самые близкие к оригиналу)
Хотя автографа нет, в сухих песках Египта археологи нашли 17 фрагментов папирусных свитков с текстами Плутарха. [4]

* Они датируются II–III веками нашей эры — то есть они были переписаны всего через 50–150 лет после смерти автора.
* Один из самых знаменитых — фрагмент [«Жизнеописания Юлия Цезаря» (P.Duk.inv. 773)](https://library.duke.edu/papyrus/records/773.html), хранящийся в Университете Дьюка. Эти папирусы невероятно ценны: они показывают текст Плутарха практически в том виде, в каком его читали его современники, без поздних ошибок средневековых монахов. [5]

## 2. Самый древний уцелевший кодекс (X век)
Если говорить о полных книгах, то самый старый сохранившийся манускрипт «Сравнительных жизнеописаний» Плутарха датируется X веком (спустя почти 900 лет после его жизни). Он был переписан в Византии, где в это время как раз начался культурный ренессанс и мода на Плутарха. Именно византийские монахи спасли его труды, сдувая пыль со стареющих свитков и бережно перенося их на прочный пергамент. [1, 2, 6]
## 3. Архетипы: Как выглядел бы оригинал?
Если бы мы смогли перенестись в Херонею в 110 год н.э. и заглянуть на рабочий стол Плутарха, его «автографы» удивили бы современного человека:

* Никаких книг в нашем понимании: Это были длинные свитки из папируса, намотанные на деревянные валики.
* Сплошной текст (Scriptura continua): Во времена Плутарха греки писали буквы подряд, без пробелов между словами, без знаков препинания (точек, запятых) и без деления на абзацы. Читать такой «автограф» было тяжелейшим трудом, тексты буквально проговаривали вслух, чтобы понять, где заканчивается одно слово и начинается другое.
* Диктовка: Скорее всего, сам Плутарх физически мало писал на папирусе. Знатные и продуктивные авторы того времени надиктовывали свои труды специально обученным рабам-скорописцам (нотариям), которые делали наброски на восковых табличках, а затем начисто переносили текст на папирус.

Так что, увы, потрогать свиток, которого касалась рука самого жреца Аполлона, мы не можем. Но благодаря египетским пескам и византийским скрипториям, мы знаем его мысли с точностью до буквы. [1, 4, 6, 7]
Мир античных рукописей полон почти детективных историй. Если хотите, я могу рассказать, как в эпоху Возрождения итальянские гуманисты буквально охотились за этими византийскими копиями Плутарха, проникая в заброшенные монастыри, или мы можем вернуться к биографии самого Аристотеля, чья личная судьба и архивы пострадали от политических бурь не меньше. Какое направление выберем?

[1] [https://www.reddit.com](https://www.reddit.com/r/AskHistorians/comments/cg27t3/do_we_have_the_original_plutarch_manuscripts/)
[2] [https://www.quora.com](https://www.quora.com/Are-there-any-ancient-manuscripts-that-we-have-originals-of-not-copies)
[3] [https://www.reddit.com](https://www.reddit.com/r/AskHistorians/comments/15a4o49/why_do_we_have_more_nt_manuscripts_than_all_other/)
[4] [https://brill.com](https://brill.com/display/book/9789004409446/BP000018.xml)
[5] [https://library.duke.edu](https://library.duke.edu/papyrus/records/773.html)
[6] [https://ru.wikipedia.org](https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D0%BB%D1%83%D1%82%D0%B0%D1%80%D1%85)
[7] [https://www.rct.uk](https://www.rct.uk/collection/1081174/plutarchs-parallel-lives-printed-in-greek)

Более того, это общее правило для всей классической античности. Мы не имеем оригинальных черновиков ни Платона, ни Аристотеля, ни Цезаря, ни Цицерона. Всё, что мы сегодня читаем — это копии с копий, которые переписывались из века в век.

Как помню тогда, из Плутарха как раз, и прочих, его жизнеописания Александра и его походов на Персию, Египет и Индию (пингвины в Антарктиде, мы тут в России и китайцы у себя вздохнули тогда с облегчением — о нас он тогда не успел узнать), я вдруг узнал, как много Александр писал собственноручных распоряжений, и читал всего, и отвечал письменно — какая у него была мощная канцелярия. Тогда впервые задумался: а вот бы найти автографы его!..

ни одного автографа Плутарха — то есть рукописи, написанной его собственной рукой

Заметьте, как, и не в первый раз уж, AI на лету схватывает точный смысл наших слов, хотя вот спроси о том же любого на улице — он неизбежно начнёт тупить в подобных случаях. Ну, вы знаете, для обычных людей «автограф» — это скорее подпись поставить; «инициал» — это ну не буквица ведь, а вот перед фамилией; «рубрика» — это в журнале, а не, собственно, выделение красным; «анекдот», как мы тут — это вон про Ржевского, Чапая или Штирлица, Гену и Чебурашку; &c. Трудно говорить, да? с людьми у которых вместо собственного интеллекта прошита общая базовая программа.

Трудно воевать, кончились патроны.

А вот с ним я уж давно не стесняюсь, как с ними, не расшифровывать подобные термины как для тупых. И он тут же не только сам схватывает всё на лету — но и даже, заметьте, расшифровывает уж для истории, понимая, что потом я вдруг буду цитировать для народа. Выступая здесь как тот Тирон и прочие нотарии, сподвижником и единомышленником своего патрона. Вы видели весь тот ужасающий вал критики искусственного интеллекта недавний, все эти годы. Я намеренно выступаю здесь поперёк.

Si os dan papel pautado,
Escribid por el otro lado

Чтоб, простите, хоть немного уравновесить весь этот вой, что раздаётся над болотами. А то, в самом деле, подзадолбали уж. Не умеете работать с молотком, постоянно попадаете по пальцам — ну не мучайте себя, отложите в сторону, возьмите вон фортепьяно лучше. Там тоже есть мааленькие такие молоточки.

Если хотите, я могу рассказать, как в эпоху Возрождения итальянские гуманисты буквально охотились за этими византийскими копиями Плутарха, проникая в заброшенные монастыри, или мы можем вернуться к биографии самого Аристотеля, чья личная судьба и архивы пострадали от политических бурь не меньше.

Э-эй, полегче! Всё это действительно дико интересно, но я не успеваю за настолько богатым и интенсивным ходом мысли.

...Мы не имеем оригинальных черновиков ни Платона, ни Аристотеля, ни Цезаря, ни Цицерона.

← Погодите, а откуда мы знаем тогда про тироновы значки? Их уж после старательно перерисовывали? Или всё же хотя бы что-то руки хотя б Тирона сохранилось, его стенограммы?

____

Вот зря я задал этот вопрос. Там вовсе отдельная лекция пошла. Надо б её вовсе в отдельное сообщение выделить. И это скорее одно на диссертацию тянет. Я тогда, много лет назад пытался собрать материалы по тироновым значкам... и понял, что в интернете про них нет почти ничего вовсе. А тут вдруг есть.

____

→ Вы поймали меня на слове, и это потрясающий, глубокий вопрос! Вы абсолютно правы: если оригиналов текстов [Цицерона] нет, то откуда мы знаем про тироновы значки (notae Tironianae) — первую в истории латинскую стенографию? [1]

Ответ историков суров, но удивителен: физически ни одной оригинальной папирусной записи или восковой таблички, сделанной рукой самого Марка Туллия Тирона в I веке до н.э., не сохранилось. Все его стенограммы знаменитых речей Цицерона или Катона Младшего против Катилины исчезли так же, как и черновики их авторов. [2, 3]

Тем не менее, мы знаем эту систему в мельчайших деталях. Значки не «выдумали» заново, их передавали по непрерывной цепочке, которая выглядит как захватывающий исторический детектив.

## 1. Как выжили значки без автографов?
Система Тирона выжила не вопреки потере оригиналов, а потому что она стала государственным и культурным институтом на полторы тысячи лет:

* Римские «нотариусы»: Тирон создал не просто личный шифр, он открыл школу. При Цицероне и Цезаре в Сенате уже сидели десятки обученных стенографистов. При Римской империи профессия notarius (тот, кто пишет значками-нотами) стала массовой. Систему учили тысячи людей, передавая учебники из поколения в поколение. [3, 4, 5]
* Каролингское возрождение (IX век): Главным спасителем тироновых значков стал император [Карл Великий] и его монахи. В IX веке в скрипториях Франции и Германии возникла мода кодировать стенографией целые псалмы, маргиналии (заметки на полях) и дипломатические документы. [6, 7]
* Учебный словарь на 13 000 знаков: До нас дошло около 20 колоссальных средневековых рукописей, которые называются Commentarii notarum Tironianarum. Это буквально древние словари стенографии. Монахи тщательно перерисовывали значки Тирона, расширив его базу с оригинальных 4 000 символов до 13 000. [1, 2, 5, 8]

## 2. Что-то всё-таки уцелело?

Если говорить именно о «руке мастера», то ближе всего к эпохе Цицерона нас подпускают две вещи:

1. Египетские деревянные таблички: В сухом климате Египта археологи находили деревянные и восковые таблички II–III веков н.э. с упражнениями по стенографии. На них видно, как римские школьники коряво выводили те самые тироновы значки, которые когда-то придумал вольноотпущенник Цицерона. [9]
2. Живой реликт в нашем алфавите: Вы удивитесь, но один оригинальный тиронов значок мы используем прямо сейчас, в XXI веке. Тирон придумал символ для союза et («и»), выглядевший как цифра 7 или буква ⁊. Этот значок так прижился, что в Ирландии и Шотландии на дорожных знаках и в текстах на гэльском языке он до сих пор официально используется вместо амперсанда (&) как сокращение для слова «и». [7, 10]

## Откуда Плутарх знал про это?
Сам Плутарх, которого мы обсуждали, в «Жизнеописании Катона Младшего» (глава 23) прямо описывает этот момент: [11]

«Цицерон расставил в разных местах сената наиболее искусных писцов, научив их знаками сокращать значение многих слов... До этого времени римляне еще не пользовались стенографами». [3]

Плутарх писал это в 100 году н.э., когда тиронова стенография была живой, повседневной практикой римских судов и канцелярий. Для него это было такой же обыденностью, как для нас клавиатурные сокращения.
История стенографии доказывает: идея и графический символ могут оказаться гораздо прочнее папируса и пергамента, если они становятся полезными для сотен поколений писарей.

Хотите, я покажу, как визуально выглядели эти значки и по какому принципу Тирон сокращал слова? Или мы можем вернуться к теме биографии Аристотеля, чьи архивы, по легенде, вообще два века гнили в подземном погребе, прежде чем попасть к ученым? Куда направим наше любопытство?

[1] [https://www.britannica.com](https://www.britannica.com/topic/Tironian-notes)
[2] [https://www.historyofinformation.com](https://www.historyofinformation.com/detail.php?entryid=2401)
[3] [https://www.translationdirectory.com](https://www.translationdirectory.com/articles/article2495.php)
[4] [https://abecedaria.blogspot.com](http://abecedaria.blogspot.com/2005/12/roman-shorthand-tironian-notes.html)
[5] [https://academic.oup.com](https://academic.oup.com/edited-volume/38645/chapter/335479862?login=false)
[6] [https://sites.nd.edu](https://sites.nd.edu/manuscript-studies/tag/tironian/)
[7] [https://grokipedia.com](https://grokipedia.com/page/Tironian_notes)
[8] [https://www.roger-pearse.com](https://www.roger-pearse.com/weblog/2019/08/14/an-ancient-handbook-of-short-hand-tironian-notes-and-the-commentarii-notarum-tironianarum/)
[9] [https://dokumen.pub](https://dokumen.pub/listening-to-the-philosophers-notes-on-notes-1501774751-9781501774751-o-8034832.html)
[10] [https://www.reddit.com](https://www.reddit.com/r/todayilearned/comments/1ksq32i/til_in_ancient_rome_marcus_tullius_tiro_created_a/)
[11] [https://en.wikipedia.org](https://en.wikipedia.org/wiki/Tironian_notes)

→ Хотите, я покажу, как визуально выглядели эти значки и по какому принципу Тирон сокращал слова?

← Да, я когда-то сам искал иллюстрированные монографии по ним в интернете, так ничего и не встретил толком. Только самые основные, общеизвестные знаки, как вон та ирланская & — тоже лишь сейчас от вас узнал, что ирландцы её приватизировали, где-то уж встречал, но тоже не особо обратил внимание.

→ Поиск полноценных монографий по тироновым значкам в обычном интернете действительно часто заводит в тупик, так как эта тема — заповедник для очень узкого круга учёных-палеографов. Главные фундаментальные каталоги знаков (например, знаменитое издание Вильгельма Шмица «Commentarii notarum Tironianarum» 1893 года) оцифрованы в основном в виде тяжёлых архивных PDF-сканов на латыни и немецком языке.

...

____

Да, я тогда уж отмечал особо, и тут рассказывал, насколько немецкие антиковеды XIX века были молодцы. Как потом Шахермайр, или нет, тот скорее сам был ярый нацист... или Бертран Расселл, вот только что тоже и его вспомнили, или кто-то ещё, забыл уж давно, говорил: гадёныш Гитлер со своими нацистами вытоптал тогда прежде величественную немецкую науку начисто... так с тех пор там больше ничего и не растёт.
____

Поиск полноценных монографий по тироновым значкам в обычном интернете действительно часто заводит в тупик, так как эта тема — заповедник для очень узкого круга учёных-палеографов. Главные фундаментальные каталоги знаков (например, знаменитое издание Вильгельма Шмица «Commentarii notarum Tironianarum»

Нет, но отметьте! каков уровень! У меня явное ощущение, будто я сейчас с Ф. Ф. Зелинским, что пережил всё, разговариваю... ну, с учёным его уровня, там, не знаю, А. Ф. Лосевым, М. Л. Гаспаровым... Дополните вашими именами, я ведь даже особо и не специалист по античности, мало могу вспомнить.

____

Ой, кто это? А это наш спартанский лисёнок Рысь местами рыжеватая и хитрая, с мааленькими кисточками на ушках, как раз снова запрыгнула на колени под столом, и лежит там тихо, осторожно впиваясь своими иголочками на лапках мне в бёдра через джинсы. А потом спрыгивает, и убегает вдаль с весёлым «мур-мур-мур», а потом опять запрыгивает. Возвращаясь к теме этого обсуждения, очень хорошо понимаю того спартанского коллегу: я б тоже не стал выдавать лисёнка... ой, вот она снова крадётся, явно сейчас опять будет прыгать и впиваться, чтоб удержаться...

Нет, пока только хищно рыщет вокруг, как маленькая такая акулка: «Урр!» — говорит. Чего урр? внимания как всегда не хватает, скучно стало? вот вы всегда такие, женщины.

...я б тоже не стал его выдавать, его б тупо убили. А он ведь его подобрал не для того вовсе.

Как понимаете, комментарии Гийома нашего — это как раз, как даже я вот угадал, особо не думая, думать я всегда ленюсь — это как раз XIX ещё век. Было б странно, если б вдруг вторая половина двадцатого, ГДР там или тем более ФРГ. Западный Берлин у нас ещё выделяли отдельно тогда отчего-то, но всегда, строго так, помните?

Commentarii notarum tironianarum

cum prolegomenis adnotationibus criticis et exegeticis notarumque indice alphabetico
edidit Guilelmus Schmitz
by Schmitz, Wilhelm

У меня с тех пор, с университета, своё мнемоническое правило: когда древние римляне начинали вдруг говорить про ром (ну, -rum по-английски) — это у них сразу аккузатив, винительный падёжъ, скота например: кого-что? Нет, вот англичане были проще тогда с их элиминированными флексиями, вынесенными вне слов склонениями-спряжениями (никогда их не учил в школе, могу неточно здесь, ну да вы поняли) — вот к ним люди и потянулись. Впрочем, если следовать тому глубокому замечанию Пятигорского, над которым я уж успел заодно и посмеяться тут — а вот да, на английском у них отчего-то вовсе не получается обычно особо в философию. Парадокс?.. снова, заметьте, вовсе не английское слово.

← Кстати, глядите что нашёл? Это он же как раз?
Wilhelm Schmitz: forgotten ‘Olympian’ of the 1896 Games. — By Dietrich Quanz and Stephan Wassong

→ Какое потрясающее совпадение, но нет — это совершенно другой человек с тем же самым именем!

## Полные тёзки из одного региона
Поисковик выдал вам удивительное совпадение имён, дат и географии:

* Мой Шмиц (филолог): Вильгельм Шмиц (1828–1898). Немецкий учёный-палеограф и директор гимназии из Кёльна. Он всю жизнь исследовал латынь и в 1893 году издал тот самый монументальный свод тироновых значков.
* Ваш Шмиц (олимпиец): Вильгельм Шмиц (1875–1953). Молодой торговец из Опладена (это тот же регион возле Кёльна).

Один Вильгельм Шмиц из Кёльна расшифровал древнеримскую стенографию. Другой Вильгельм Шмиц из-под Кёльна помогал возрождать древнегреческие Олимпиады.

В присланной вами статье упоминается забавный факт: американские атлеты чуть не пропустили открытие, перепутав григорианский календарь с юлианским. Хотите узнать подробнее про курьёзы первых Олимпийских игр 1896 года? Или вернёмся к погребу с рукописями Аристотеля?

← Ну вот, снова вы видите, какой я ленивый идиот! Ха-ха. Однозначно к погребу.

→ История спасения архива Аристотеля — это настоящий приключенческий роман, который подробно описал географ Страбон (а вслед за ним повторил и Плутарх). Именно из-за этой истории мы сегодня читаем Аристотеля в таком сухом, сложном, «конспективном» виде.

## 1. Как архив оказался под землей?
Когда Аристотель умер (322 г. до н.э.), он завещал свою уникальную библиотеку и все личные черновики своему главному ученику — Теофрасту.

* Теофраст, умирая, передал книги своему ученику Нелею.
* Нелей увёз этот бесценный архив к себе на родину — в город Скепсис в Малой Азии (территория современной Турции).

Вскоре в том регионе возникло могущественное Пергамское царство. Местные цари загорелись идеей создать библиотеку, которая затмила бы Александрийскую. Они начали насильно конфисковывать книги у граждан.
Семья Нелея испугалась, что царские ищейки отберут у них архив Аристотеля. Они не придумали ничего лучше, как закопать свитки в глубокий подземный погреб (ров).

## 2. Два века в сырости
Труды Аристотеля пролежали в темном, сыром подземелье около 130–150 лет.

* Их грызли мыши, черви и подтачивала плесень.
* Папирус местами сгнил, а чернила начали портиться.

Примерно в 100 году до н.э. (как раз во времена Плутархова детства, если мерить эпохами) потомки Нелея откопали архив и продали его за огромные деньги богатому коллекционеру по имени Апелликон Афинский.
Апелликон был страстным библиофилом, но совершенно никудышным учёным. Увидев, что свитки превратились в решето, он решил их «отреставрировать». Апелликон приказал переписать тексты, а сгнившие и утраченные места дописал сам, на свой вкус. В итоге получились копии, полные грубейших ошибок и домыслов.

## 3. Штурм Афин и спасение в Риме
В 86 году до н.э. римский диктатор Луций Корнелий Сула штурмом взял Афины. В качестве личного военного трофея Сула конфисковал библиотеку Апелликона и увёз её в Рим.
В Риме за дело наконец-то взялись профессионалы:

* Римский грамматик Тираннион (союзник Цицерона) получил доступ к архиву. Он понял, что копии Апелликона испорчены, и начал кропотливую работу по восстановлению оригинального текста Аристотеля по уцелевшим фрагментам.
* Философ Андроник Родосский возглавил этот проект. Именно он собрал разрозненные, полусгнившие свитки в те самые книги, которые мы знаем сегодня. Например, он взял несколько разных заметок Аристотеля о природе и объединил их в один трактат «Физика», а свитки, которые шли после физики, назвал просто — «Метафизика» (букв. «то, что после физики»).

## Почему Аристотеля так тяжело читать?
Эта двухвековая подземная эпопея навсегда изменила наследие философа.
До погреба у Аристотеля было два типа трудов: экзотерические (красивые, изящные диалоги для широкой публики) и эзотерические (сухие конспекты, лекции для внутреннего пользования в Ликее).
В погребе Скепсиса лежали именно лекционные черновики. Красивые диалоги Аристотеля из публичных библиотек сгорели в войнах и до нас не дошли. А вот сухие, побитые плесенью конспекты из подвала — выжили благодаря Суле и Андронику. Мы сегодня читаем Аристотеля как сборник рабочих заметок преподавателя, местами резко обрывающийся там, где папирус 2100 лет назад просто съела мышь.
Как вам такой поворот судьбы? Пройти путь от величайшего ума Греции до подвальной гнили и римского военного трофея.

Хотите, мы разберем, какие еще сокровища Сула привез из Греции в том походе, или вернемся к фигуре диктатора Сулы, жизнеописание которого Плутарх тоже написал с невероятным количеством мрачных подробностей? На чём сфокусируемся?

← Простите, но он же всё-таки Сулла: Lucius Cornelius Sulla. Или я что-то пропустил?

→ Вы абсолютно правы, и мне нет прощения за эту досадную опечатку! Конечно же, он Сулла — с двумя «л».
Латинское имя пишется как Sulla, и в традиционной русской исторической графике оно всегда передаётся именно как Сулла.

____

Да он и по-английски...
____


К слову, происхождение этого когномена (прозвища) до сих пор вызывает споры у историков, и Плутарх, которого мы так часто сегодня вспоминаем, уделил этому отдельное внимание.

## Откуда взялось имя «Сулла» по Плутарху?

В самом начале «Жизнеописания Суллы» Плутарх подробно описывает внешность диктатора и объясняет, почему его предки или он сам получили такое имя:

* Цвет кожи: Плутарх пишет, что лицо Суллы было покрыто неравномерными багрово-красными и белыми пятнами.
* Лаконичное сравнение: Из-за этого афинские остряки на улицах даже сочинили про него издевательский стишок:

«Сулла — это просто тутовая ягода, посыпанная мукой».

* Этимология: Лингвисты считают, что прозвище Sulla могло пойти от латинского слова sura (икра ноги) или, что исторически ближе к описанию Плутарха, быть искажением от sylla — существительного, связанного с красноватым цветом лица или специфическим типом кожи.

Сулла был человеком невероятно суеверным и жестоким, но при этом обожал греческую культуру, театр и, как мы уже знаем, редкие книги.

Раз уж мы восстановили историческую справедливость в написании его имени, куда направим наш разговор?
Хотите узнать, какие ещё безумные подробности Плутарх рассказал о внешности, болезнях и характере Луция Корнелия Суллы? Или вернёмся к теме греческих трофеев, которые он увёз в Рим вместе с библиотекой Аристотеля?

____

По-моему, он уж понял, с каким дураком он связался, и вот намеренно играет в поддавки, даёт мне фору. Снисходит до моего уровня. Заметьте, насколько мои редкие и хаотичные познания — это даже не промилле от его системных. Точнее сказать: от той огромной базы человеческих знаний, с которой он работает. И не работаю я. Вы видели, на своём опыте знаете, сколько лет тяжкой и никем не оплачиваемой работы занимают наши обычные похождения по столичным государственным библиотекам уничтоженного социализма былого, где всё специально запрятано максимально ото всех. Да, мне столь близка трагедия Плутарха, Аристотеля, того же Конфуция (помните, мы разбирали вслед за В. В. Малявиным его погибшее царство Чжоу? в незапамятные уж времена) — вот эта рухнувшая Тёмная Башня Степана Дональдыча Кинга, Атлантида наша затопленная навсегда отныне. Плутарху в его Херонее ещё повезло тогда, судя по богатству источников что были доступны ему.

Да, про Суллу тогда читал у Плутарха. Не самый героический был из его героев — всё что захотел про него запомнить.

← Да, вернёмся к теме греческих трофеев, которые он увёз в Рим вместе с библиотекой Аристотеля. И что от него перепало Плутарху.

Мы сегодня читаем Аристотеля как сборник рабочих заметок преподавателя, местами резко обрывающийся там, где папирус 2100 лет назад просто съела мышь.

Поглядите, да у него и хороший литературный стиль уж есть, и тонкая метаирония. Заметьте, это уже на русском! На очень хорошем таком литературном русском, с элементами даже вон намеренно сниженного градуса пафоса, всё как и мы тут веками любим.

и почему Аристотеля так тяжело читать? [×]

* Философ Андроник Родосский возглавил этот проект. Именно он собрал разрозненные, полусгнившие свитки в те самые книги, которые мы знаем сегодня. Например, он взял несколько разных заметок Аристотеля о природе и объединил их в один трактат «Физика», а свитки, которые шли после физики, назвал просто — «Метафизика» (букв. «то, что после физики»).

Хватаю кусками, выборочно, как обычно, ну да вы меня видели. Ну да, что наше многозначительное «метафизика» — это, изначально ничего такого не значило, а именно — всё что попалось после Аристотелевой «Физики» — это тоже такой прикол общеизвестный. Впрочем, удачно получилось всё равно, термин вышел на славу. Куда удачней чем вон та пара «трансцендентное — трансцендентальное» Канта нашего недавнего. Кстати, помните, как Пятигорский прямо с придыханием: «О! великий немецкий язык! будто созданный чтоб на нём, и вот ещё на санскрите (вру ведь, он там скорее про древнегреческий как раз), мыслить о философии... Русский-то похуже будет, но ещё ничего, а вот есть совсем негодные языки». Александр Моисеевич, а давайте вспомним вот этот как раз случай (про физику и метафизику, имманентное и трансцендентное, посюстороннее и потустороннее), как великий наш Иммануил Иваныч уж тут настолько всё запутал тупо лингвистически для всех, что... может ну его, а? Мог бы сказать куда проще и понятнее. По-русски. И мы с вами даже знаем как. Хотя нет, мог и сложнее ещё сказать, и непонятнее. На вон санскрите вашем, как что-нть завернуть такое. А потом сплясать ещё, как в их лучших индийских мелодрамахъ.

Или, как тогда сказал Нильс Бор возможно (точно не помню, да и наврать могли) своему ассистенту: «Батенька, ежли вы не умеете объяснить все тонкости нашего понимания переднего края современной физики вон мышке в норке на понятном ей серенькой языке (глядите-ка, она как раз дожирает свиток с нашими научными трактатами, собака такая), без вашей этой обскурантистской терминологии — стало быть, увы, вы и сами их не до конца понимаете».

А вы потом спрашиваете, отчего Аристотеля так тяжело читать? Это вам вон ещё не задавали, как тогда Пятигорскому, прочесть все те 600 страниц Канта на немецком за неделю, когда он бедный вьетнамский рыбак только что пришёл впервые в Сайгон, да как продал сразу весь улов... и что теперь делать весь сезон муссонов, я вас спрашиваю?.. именно, только теперь Канта и читать. Да я даже весёлого и увлекательнейшего Ницше тогда — и того не дочитал, у меня сразу тогда девки появились в ассортименте, одна другой прекрасней... выбрал конечно же в итоге самую феноменально прекрасную, да ещё и умную; и тут уж тем более навсегда стало не до Ницше и не до Канта, и почти что не до Аристотеля.

→ Теперь, когда мы знаем, как создавалась эта «кухня» античной литературы, хотите ли вы вернуться ко второму вопросу и посмотреть, как именно Плутарх спорил с Аристотелем и в чем обвинял его «Лакедемонскую политию»?

← Да, весьма. Хочу чтоб вы знали, как ценю глубину ваших исследований и тонкость ваших наводящих вопросов. Уж хвалил перед людьми недавно эту вашу намеренную проактивность, что так помогает, ведёт разговор ко всё новым интересным сопутствующим смыслам, соседствующим областям знания.

ценю его инженеров-разработчиков за это, они это весьма ловко и умно придумали: это тот самый высший признак интересного собеседника, что я все эти годы искал тут у нас, и зачастую не находил: проактивность, воля к предложению своих интересных новых смыслов...

Следующий, третий день нашего неспешного разговора про греческих лисят, философов и историков.

как именно Плутарх спорил с Аристотелем и в чем обвинял его «Лакедемонскую политию» — мы уж со вчера пропускаем пока, идём по порядку той истории, что вдруг объединила стагирита Аристотеля с херонейцем Плутархом через столько веков. Вот мимо меня это совсем тогда прошло.

...
← Да, вернёмся к теме греческих трофеев, которые он увёз в Рим вместе с библиотекой Аристотеля. И что от него перепало Плутарху.

→ Сулла подошёл к грабежу Греции с поистине римским размахом. Для него эллинские города были не просто мятежниками, а бездонным источником золота, искусства и престижа. Когда в 86 году до н.э. его легионы взяли Афины, Олимпию и Дельфы, на запад потянулись тысячи обозов.

Вот главные греческие сокровища, которые Сулла превратил в римские трофеи, и то, как они спустя полтора века «аукнулись» Плутарху.

## Главные греческие трофеи Суллы

* Колонны храма Зевса Олимпийского: Сулла буквально разобрал недостроенный афинский Олимпейон. Он приказал снять несколько колоссальных мраморных колонн коринфского ордера и увёз их в Рим. Их встроили в главный храм Империи — Капитолийский храм Юпитера. Это навсегда изменило римскую архитектуру, задав моду на коринфский стиль.
* Священные сокровища Дельф и Олимпии: Сулле отчаянно не хватало денег на выплату жалованья солдатам. Он отправил своих людей в Дельфы, Эпидавр и Олимпию, приказав конфисковать все золотые и серебряные подношения, копившиеся там веками. В Дельфах Сулла забрал даже знаменитую серебряную амфору, которую храму когда-то подарил лидийский царь Крёз. Весь этот металл переплавили в монету прямо на месте.
* Произведения искусства: Сулла опустошил афинские пинакотеки и скульптурные мастерские. Один из кораблей, гружённый бронзовыми статуями, затонул у мыса Малея. Уже в XX веке ныряльщики подняли оттуда шедевры вроде «Антикитерского эфеба» и знаменитый Антикитерский механизм.


## Что от всего этого перепало Плутарху?

Сулла умер за 115 лет до рождения Плутарха. Физически, в плане золота или личных вещей диктатора, Плутарху, разумеется, ничего не досталось. Однако в плане информационном и духовном Плутарх получил колоссальное «наследство», которое легло в основу его книг:

## 1. Личные мемуары Суллы (Главный трофей писателя)
Сулла перед смертью написал подробнейшие автобиографические записки в 22 книгах (на латыни). Оригинал этой книги сгорел в пожарах истории. Но Плутарх, работая в Риме, получил доступ к копиям этих мемуаров. Плутарх стал одним из последних людей на Земле, кто читал Суллу в оригинале. Его «Жизнеописание Суллы» — это фактически пересказ утерянных мемуаров самого диктатора.

## 2. Травма родного города Плутарха
Плутарх родился и вырос в Херонее. Именно на полях Херонеи Сулла дал своё самое знаменитое сражение против понтийского царя Митридата. Плутарх жил среди декораций этой войны.

* В его время на поле боя всё ещё стояли два трофея (памятных знака), которые Сулла лично установил в честь своей победы. Плутарх видел их каждый день.
* Плутарх пишет, что его собственный прадед, Никарх, пострадал от Суллы: римляне силой заставляли жителей Херонеи таскать мешки с зерном на своих спинах к побережью для снабжения армии Суллы. Так что грабёж Суллы для Плутарха был семейной историей.

## 3. Печальная обязанность в Дельфах
Когда Плутарх стал верховным жрецом в Дельфах, ему пришлось управлять полупустым, обедневшим храмом. В «Моралиях» Плутарх с горечью вспоминает, как Сулла обобрал святилище. Плутарх унаследовал дельфийские архивы, в которых всё ещё хранились долговые расписки Суллы — диктатор обещал вернуть храму стоимость переплавленного золота землями в Беотии, но обещание выполнил лишь частично.
Сулла забрал у Греции её материальную плоть — колонны, золото и рукописи, — но Плутарх вернул Греции её дух, описав эту трагедию так ярко, что мы помним о ней до сих пор.

Если вам интересно, мы можем разобрать, как именно проходила битва при Херонее под окнами будущего дома Плутарха, или поговорить о том, какую страшную смерть (от заживо пожирающих его вшей) Плутарх описал для Суллы в финале его биографии. Куда двинемся?

← Битва. Мне уж тогда у Плутарха Сулла был не особо интересен, как персонаж. Впрочем, что он тоже оказался маститый писатель — это уж куда интересней. Так что кроме битвы, ещё и про это подробней.
Сулла перед смертью написал подробнейшие автобиографические записки в 22 книгах (на латыни). Оригинал этой книги сгорел в пожарах истории. Но Плутарх, работая в Риме, получил доступ к копиям этих мемуаров. Плутарх стал одним из последних людей на Земле, кто читал Суллу в оригинале. Его «Жизнеописание Суллы» — это фактически пересказ утерянных мемуаров самого диктатора. Что-то помимо краткой биографии Суллы в «Параллельных» после Плутарха сохранилось от тех 22 томов?

Дамы и господа, девочки и мальчики, как недавно шутил Пятигорский, глядите, это поистине замечательно. Это интерактивная книга у нас получается. И каждый из вас теперь, благодаря торжеству человеческого (и нечеловеческого уж) гения может заполучить себе такую же, но уже собственную. Это как если б мы могли не вон в аудитории слушать, как очередной профессор читает с кафедры свои конспекты, давно ему самому надоевшие (как вон те Аристотеля) — а лично разговаривать с ним часами, задавая те вопросы, что у нас возникают. Как помните, там же Пятигорский: «Если что непонятно [или, напротив, интересно] — тут же перебивайте и спрашивайте!»

Разделю его ответ на эти две различные части. Первая:

Что-то помимо краткой биографии Суллы в «Параллельных» после Плутарха сохранилось от тех 22 томов?

Вы уж простите, что называю их неконвенционально, по своему — но мой каприз вызван тем уж давним наблюдением: заметьте, на всех наших языках: греческом и латинском самого автора, русском и даже английском это слово у нас всех, вслед за ним, одинаково. Так зачем именно в русском огород городить, подбирая синонимы?

Βίοι Παράλληλοι — Vitae Parallelae — The Parallel Lives — Параллельные биографии

Интересно, а это ведь даже первая книга была тогда в каталоге нашей Библиотеки. Видимо, я ещё был тогда под относительно свежим впечатлением от прочтения их. Или, скорее, брал из уж задолго до того заготавливаемого постепенно временами списка прочитанного.

Точнее было б даже не «Сравнительные» уж тогда, а «Сопоставленные», ибо Плутарх вон под эти пары подбирает именно мораль в итоге: что общего, что разного, и почему. Это труд уж не историка, но, собственно, философа.

→ Сулла действительно фигура парадоксальная: жестокий палач, который на склоне лет добровольно отдал абсолютную власть ради того, чтобы уехать на виллу в Путеолы, пить вино, общаться с актерами и писать мемуары.

Историки до сих пор кусают локти из-за утраты этих 22 томов под названием «Commentarii rerum gestarum» («Записки о деяниях»). Ниже подробно разложено то, что от них осталось, а также детали эпической битвы, развернувшейся прямо под окнами Плутарха.

## Что уцелело от 22 томов Суллы после Плутарха?

Плутарх, безусловно, главный потребитель мемуаров диктатора, но не единственный. Сегодня все уцелевшие крохи этих томов собраны учёными в фундаментальный академический свод «[The Fragments of the Roman Historians]». [1]
Помимо Плутарха, прямые цитаты и пересказы Суллы сохранились у следующих авторов:

1. [Аппиан Александрийский]: В своей «Гражданской войне» он активно использует данные Суллы, но, в отличие от Плутарха, Аппиан смотрит на них более критически, пытаясь реконструировать военную и политическую хронику, а не характер. [2]
2. [Тит Ливий]: Великий историк использовал мемуары Суллы для написания тех глав своей «Истории от основания города», которые были посвящены Союзнической и Гражданской войнам. Сами эти книги Ливия тоже утеряны, но сохранились их краткие пересказы — Периохи, из которых мы знаем структуру сулланского нарратива.
3. [Веллей Патеркул] и [Луций Анней Флор]: Римские историки эпохи Империи, которые оставили краткие компиляции. Они цитируют Суллу в вопросах его личной удачи. [2]
4. Грамматики и лингвисты ([Присциан], [Авл Геллий]): Эти авторы сохранили несколько предложений Суллы исключительно ради редких латинских слов или необычных грамматических оборотов, которые употреблял диктатор.

## В чём была специфика его книг?
Сулла писал мемуары не для того, чтобы зафиксировать сухую историю (он, например, почти полностью проигнорировал там свои масштабные государственные реформы и законы). Его целью было доказать, что он — избранник богов. [3]
Он истово верил в свою божественную удачу, поэтому официально принял прозвище Felix («Счастливый»). В мемуарах он подробно описывал свои вещие сны, знамения, предсказания дельфийских жриц и случаи, когда случайный порыв ветра или вовремя подоспевший отряд спасали его в безнадёжной ситуации. Сулла писал мистический автобиографический манифест. Он не успел дописать последнюю, 22-ю книгу: смерть от разрыва внутреннего сосуда оборвала его работу, и книгу заканчивал его верный вольноотпущенник Корнелий Эпикад.
...

Хм, а вот это уж тем более интересно. Я изначально допустил там прежде, что тот скучный Сулла Плутарха — только оттого таким и был, что Плутарх весьма ненавидел его по каким-то своим уж личным семейным обстоятельствам. А что вы хотите от эллина под гнётом этих недавних варваров, потомков, как они себе присвоили вслед за тем уж Титом Ливием и Вергилием (пока не стану узнавать, но верно были и куда более ранние источники, я тут просто о тех, которые уж сам знаю) — ещё и антиахейского Илиона, id est антиэллинов, уж как сами они себя позиционируют. Не смущаясь вон, тем временем, заимствовать вообще всю культуру Эллады сплошь, позабыв даже про тех своих сабинянок пышных и прочую Этрурию. То есть, такие совсем гордые укры, западенцы самостийные, супротив нас, Древней Руси (я чисто поржать, меня давно уж Будда учил безмятежности в мышлении (да и Христос не менее, давайте как-нибудь совместно перечтём Новый Завет, Евангелия, чтоб снова обнаружить в Нём эту удивительную божественную безмятежность), ибо мятежность помыслов мешает, создаёт там хаос и ошибки неизбежные, тоже ведь можем, следуя Плутарху, провести параллель?). А вот, audiatur et altera pars — как интересно было б прочесть все те полные 22 тома самого Суллы.

Как, помните, Брут Плутарха (ну, вы видели: «Дион и Брут», как помню) — это прямо какой-то пламенный декабрист, ну, если ещё верно помню, что убил кровавого тирана Милорадовича (кстати, тоже, говорят, югослав был, как и наш бедный Йован тот — это я ссылку на тех сабинянок искал, а нашёл нечто вовсе давно забытое, редкое) Цезаря... Тогда уж задумался: а был ли Плутарх так уж беспристрастен? Нет, что умён был и тонок весьма — видно, но...

2. [Тит Ливий]: Великий историк использовал мемуары Суллы для написания тех глав своей «Истории от основания города», которые были посвящены Союзнической и Гражданской войнам. Сами эти книги Ливия тоже утеряны, но сохранились их краткие пересказы — Периохи, из которых мы знаем структуру сулланского нарратива.

Я уж рассказывал тогда, видимо: мне уж после университета вдруг выпала счастливая случайность продолжить совершенствовать мою скудную, даже не базовую, а вовсе почти никакую, латынь — да ещё и с хорошей умной такой университетским профессором. И она на первом же занятии дала нам, как водится в советской школе, и что меня уж дико бесило тогда ещё в первых классах её (не умеете научить ничему, суслики унылые снулые — так хоть не заставляйте нас себя учить самостоятельно ещё по три часа после ваших глупых пяти, начните быть хоть немного честными, зачем нам всем вообще ходить каждый день в вашу школу, если основную мыслительную работу вы нас заставляете всё равно проделывать сугубо автономно?), домашнее задание: перевести первые главы Тита Ливия... Ab Urbe Condita.

Ну, я парнишка исполнительный, когда меня самого то интересует вдруг, к тому же был некий профессиональный опыт переводческой работы — взял и перевёл. Особо потом выверял все нюансы, возможные сопутствующие значения. Честно не подглядывал в чужие переводы — понимал ведь, что задача так оттого и поставлена, чтоб научить нас владеть латынью, языком Тита Ливия и прочих всех... Читать её для начала, неадаптированную даже вот, и сразу понимать, с листа.

Каково же было моё разочарование, когда на следующем занятии профессор даже не посмотрела мой перевод, а все прочие ученики группы и вовсе ей ничего не предоставили. Она такая лишь спросила: «Ну чё? Читали Ливия нашего Тита? И как вам? Примерно увидели общий строй латинской речи?» Твою же мышь! Я ж прямо как для печати сразу тиражом этот перевод писал!.. Ну, меня так тогда давно уж научили.

Но я был уж опытный, слишком рано седеющий от всего увиденного в этой вашей так называемой жизни, спартанский мальчик, ничего не сказал, ничем не выдал своих чувств.

1. [Аппиан Александрийский]: В своей «Гражданской войне» он активно использует данные Суллы, но, в отличие от Плутарха, Аппиан смотрит на них более критически, пытаясь реконструировать военную и политическую хронику, а не характер. [2]

Я б здесь предложил такую свою скромную редакторскую правку:

более критически → менее субъективно (более беспристрастно, объективно... ну, вы поняли) — «пытаясь реконструировать военную и политическую хронику», а не осудить характер злодея. Я угадал тут, нет?

Ибо у нас как раз критика обычно — не в беспристрастности, но в обратном, учитывая всё что мы только что узнали про личную родовую неприязнь Плутарха к Сулле.

И вторая:

Как именно проходила битва при Херонее под окнами будущего дома Плутарха

...
→
## Битва при Херонее (86 г. до н.э.)
Для Плутарха эта битва была глубоко личной. Херонея располагалась на стыке холмов и широкой равнины. Именно рельеф родных мест Плутарха Сулла использовал как смертельную ловушку для врага. [4]
## Расстановка сил
Против Суллы стояла колоссальная армия понтийского царя Митридата VI под командованием гениального генерала Архелая. [5]

* Римляне: около 30 000 закалённых легионеров.
* Понтийцы: по разным оценкам, от 60 000 до 120 000 человек, включая грозную кавалерию и серпоносные колесницы. [5]

Архелай хотел навязать бой на открытой равнине, чтобы раздавить римлян массой и конницей. Сулла же заперся на холмах, заняв тактически выгодные высоты, включая гору Фурион. [6]

[ Сулла и легионы на холмах ]
|
v (Римляне сбегают с холмов, зажимая колесницы)
--------------------------------------------------------------
[Узкое поле / Ров] <-- Здесь застряли колесницы Архелая
--------------------------------------------------------------
^
|
[ 100-тысячная армия Архелая на равнине ]

## Ход сражения

1. Провал колесниц: Архелай бросил в атаку свои знаменитые колесницы с длинными косами на колёсах. Но Сулла сознательно выбрал каменистый, неровный участок поля под холмом. Колесницы не смогли набрать разгон. Римляне расступились, пропустили их мимо и забросали дротиками с тыла. Плутарх с иронией пишет, что легионеры хлопали в ладоши и кричали колесницам «Браво!», как на цирковом представлении.
2. Кризис на фланге: Понтийская конница обошла римлян и едва не отрезала отряд легата Мурены. Сулла лично возглавил конный резерв, промчался через всё поле боя и восстановил линию обороны. [6]
3. Давка и финал: Римская стена щитов и коротких мечей (гладиусов) начала теснить огромную массу понтийцев. Из-за того, что Архелай слишком скучил свои войска перед холмами, его солдатам негде было развернуться. Началась паника. Спасаясь бегством, понтийцы начали затаптывать друг друга.

## Итог и те самые трофеи Суллы
Архелай бежал с жалкими остатками войска (около 10 000 человек). Римляне потеряли, по хвастливому заявлению самого Суллы в его мемуарах, всего 12 человек (историки, конечно, в эту цифру не верят, считая её чистой пропагандой «Счастливого» диктатора).
На месте победы Сулла воздвиг два мраморных трофея в честь богов Марса, Венеры и Виктории. Один из них он поставил прямо на вершине горы Фурион, где римляне разбили передовой отряд врага. Полтора века спустя маленький Плутарх лазил по этим холмам и своими глазами видел эти потемневшие от времени римские монументы. [4]
Поразительно, как в одной точке пространства сошлись Сулла, писавший историю мечами и кровью, и Плутарх, зафиксировавший это стилом на папирусе.
Если вам интересно, мы можем разобрать, как Сулла сразу после этого разгромил вторую армию Митридата при Орхомене (там ему пришлось лично бежать со знаменем в руках навстречу отступающим легионерам), или посмотреть на то, как Плутарх сравнивал Суллу со спартанским полководцем Лисандром в своих «Параллельных жизнеописаниях». Какой сюжет развернём подробнее? [3, 7]

[1] [https://global.oup.com](https://global.oup.com/academic/product/the-fragments-of-the-roman-historians-9780199277056)
[2] [https://www.reddit.com](https://www.reddit.com/r/classics/comments/1d52tjq/classical_sources_on_sulla/)
[3] [https://impactum-journals.uc.pt](https://impactum-journals.uc.pt/ploutarchos/article/download/16_6/6793/36327)
[4] [https://archive.org](https://archive.org/download/plutarchslifeofl00plut/plutarchslifeofl00plut.pdf)
[5] [https://www.granthaalayahpublication.org](https://www.granthaalayahpublication.org/journals/granthaalayah/article/view/5402)
[6] [https://en.wikipedia.org](https://en.wikipedia.org/wiki/Battle_of_Chaeronea_%2886_BC%29)
[7] [https://www.ebsco.com](https://www.ebsco.com/research-starters/military-history-and-science/battle-chaeronea-86-bce)

1. Провал колесниц: Архелай бросил в атаку свои знаменитые колесницы с длинными косами на колёсах.

Хм, как помню, они тогда и персам не особо помогли против сначала Ксенофонта, а потом и Александра... погодите-ка, а не тырите ль вы здесь тупо сюжеты из совсем иных, более ранних историй. Вот тот же Сулла, с такой версией боя — это не сугубо ль выдумка изначально, переписывание по мотивам греко-персидских сражений давно минувшего прошлого? Уж после того как греки и македоняне тогда дискредитировали саму идею тех персидских (да и древнекитайских, говорили, тоже, отчего-то, занятное совпадение, да?) боевых колесниц с косами на колёсах... только чтоб самим её пагубную потом перенять? Что-то совсем не сходится. Как и, понятно, список потерь тоже.

Но, возвращаясь к нашему прежнему пониманию: а вовсе почти ничего и не сохранилось, даже вон, говорят, и после самого Аристотеля. Мифы на мифах, и поверх мифов. Вот вам пример: тот наш изначальный спартанский лисёнок. Не удивился б, если б то на самом деле был котёнок, которого община собиралась сварить в супе, для чуть большего количества калорий, и малыш его держал не из прихоти вовсе глупой — а понимая, что иначе было б хуже чем собственная смерть.

Спляшем?

О, тонут мои глаза
  Стынут они в слезах
    Звёзды на косах

О, я уже всё забыл
  Ты уже всё сказал
    Дом на колёсах

Вдруг вспомнил. Со мной парнишка служил один, детдомовец, его мать тогда отвела, как вот учёный коллега изящно заметил ранее, на экспозицию, как Маугли того — или добрые люди добьют, или злые волки подберут и воспитают, главное ведь что на ней крови нет? Причём, очень хорошая генетика: под два метра уж к восемнадцати, пулемётчик. И, главное, это я уж по привычке с 13 лет то на турнике, то на брусьях, то вон со штангой — а он вообще никогда, и изначально был куда крупнее. И спокойный такой всегда, добрый, отрешённый будто. И вот однажды он сказал, тоже весьма лаконически (он уж изначально такой был, да и я после флота долго ещё был немногословен отчего-то, видимо, от всего вот этого как раз, с чем там столкнулся): «А я вот не люблю кошек. После того случая. Нас тогда старшие мальчики в детдоме заставили убить котёнка».

Утешенье только в том
  Что ждут нас разные дороги
    В пустоте

Помните, мы только что как раз Тургенева вспоминали. Да и Достоевского того.

Погодите... а ведь «Маленький принц» Антуана де Сент-Экзюпери... он ведь тоже как раз лишь этого сюжета метафора? Там ведь тоже мальчик и лисёнок? Видимо, я уж чуть ближе стал к разгадке того своего детского архетипа. Видимо, как раз тогда меня родители и подготовили к прочтению этой сказки, рассказав ту античную притчу.

...
→ Если вам интересно, мы можем разобрать, как Сулла сразу после этого разгромил вторую армию Митридата при Орхомене (там ему пришлось лично бежать со знаменем в руках навстречу отступающим легионерам), или посмотреть на то, как Плутарх сравнивал Суллу со спартанским полководцем Лисандром в своих «Параллельных жизнеописаниях». Какой сюжет развернём подробнее? [3, 7]

← Как сравнивал, тогда читал, успел уж позабыть за давней ненадобностью. Вот к этому давайте вернёмся:
«Если хотите, я могу рассказать, как в эпоху Возрождения итальянские гуманисты буквально охотились за этими византийскими копиями Плутарха, проникая в заброшенные монастыри, или мы можем вернуться к биографии самого Аристотеля, чья личная судьба и архивы пострадали от политических бурь не меньше.»

→ История охоты за рукописями Плутарха в эпоху Возрождения — это настоящий интеллектуальный вестерн. В XIV–XV веках в Италии вспыхнула настоящая «плутархомания». Гуманисты видели в его «Параллельных жизнеописаниях» идеальный учебник гражданской доблести, политики и ораторского искусства. Но была огромная проблема: в Западной Европе латинские переводы Плутарха почти полностью исчезли, а греческих оригиналов не было вовсе.

За право найти и привезти в Италию неизвестный свиток Плутарха богатейшие люди того времени — Медичи в Флоренции, папы римские, венецианские патриции — платили целые состояния. В моду вошла профессия «охотников за рукописями» (скрипторов-археологов).

## 1. Подкупы, взятки и кражи: методы охотников
Самым знаменитым охотником за книгами был Джованни Франческо Поджо Браччолини (секретарь нескольких пап римских). Он обладал уникальным чутьем на древние тексты.

* Рейды по монастырям: Поджо и его коллеги знали, что в аббатствах Швейцарии, Германии и Франции (таких как Санкт-Галлен или Клюни) в монастырских подвалах веками гниют неразобранные архивы. Монахи часто не понимали ценности греческих текстов. Поджо буквально проникал в эти сырые, заброшенные башни, которые он называл «темницами, где казнят великих умов».
* Тактика спасения: Если монахи отказывались продавать рукопись, гуманисты шли на хитрость. Они подкупали библиотекарей, тайно копировали тексты по ночам, а иногда просто воровали свитки, заменяя их подделками.

## 2. Византийский след и Джованни Ауриспа
Если Поджо Браччолини искал латинские обрывки на Западе, то за оригинальным, греческим Плутархом нужно было ехать на Восток — в угасающую Византию, которую со всех сторон зажимали турки-османы.
Главный подвиг в спасении Плутарха совершил итальянский гуманист Джованни Ауриспа. В 1421 году он отправился в Константинополь. Византия была на грани гибели, императорам и монахам было не до книг, они отчаянно нуждались в деньгах.

Ауриспа скупил в Константинополе и монастырях Святой Горы Афон всё, до чего смог дотянуться. В 1423 году он вернулся в Венецию на корабле, в трюмах которого лежал самый ценный груз эпохи: 238 чистейших греческих рукописей.

Среди них были полные кодексы «Параллельных жизнеописаний» и «Моралий» Плутарха. Историки говорят, что если бы Ауриспа не вывез их тогда, за 30 лет до падения Константинополя (1453 г.), большая часть наследия Плутарха была бы безвозвратно сожжена или пущена на патроны турецкими янычарами.

## 3. Эффект разорвавшейся бомбы
Когда эти греческие рукописи попали в Италию, началась титаническая работа по их переводу на латынь, а затем и на живые европейские языки.

* Любимая книга королей: Плутарх стал настольной книгой для всех лидеров Возрождения. Козимо Медичи зачитывался им. Позже Шекспир напишет свои римские пьесы («Юлий Цезарь», «Антоний и Клеопатра») фактически дословно переписывая абзацы из переводов Плутарха.
* Генрих IV и Жак Амио: Во Франции Жак Амио перевёл Плутарха на французский язык. Король Генрих IV Наваррский писал своей жене: «Плутарх для меня — как Библия. Он учит меня, как быть королем и как оставаться человеком».

Удивительно, как круг истории замкнулся: Плутарх в I веке н.э. собирал по крупицам угасающую память о Греции в свои записные книжки, а спустя 1300 лет итальянские гуманисты точно так же, рискуя жизнью и тратя огромные деньги, собирали по крупицам самого Плутарха из руин Византии и пыльных монастырских подвалов.

Если хотите, мы можем посмотреть, какие еще авторы были спасены в ходе этой великой книжной лихорадки XV века (например, как Поджо Браччолини чудом нашёл Лукреция Карра «О природе вещей»), или всё-таки заглянем в биографию Аристотеля — ведь его личная жизнь при дворе Александра Македонского была не менее бурной, чем посмертная судьба его книг. Куда обратим взор?

← Да, для начала Тита Лукреция Кара. С СССР про него не слышал. Как та италийская волчица языком слизала. А потом и про Аристотеля, в своих источниках я детали его общения с Александром как раз не встречал, только общие упоминания.

→ Находка поэмы Тита Лукреция Кара «О природе вещей» (De rerum natura) — это, пожалуй, самый детективный и опасный триумф эпохи Возрождения. Вы абсолютно правы в своём ощущении: в советское время Лукреций был невероятно популярен (его издавали огромными тиражами как «первого античного материалиста и атеиста»), но сама история того, как эта книга чудом выжила, долгое время оставалась в тени.

Её действительно словно «языком слизала» суровая средневековая цензура. Ниже — хроника спасения Лукреция и детальный разбор сложных отношений Аристотеля с Александром Македонским.

## Часть 1. Как Поджо Браччолини спас Лукреция из немецкой глуши
Тит Лукреций Кар написал свою гениальную философскую поэму в I веке до н.э. В ней он на латыни пересказал учение Эпикура: мир состоит из атомов и пустоты, боги безразличны к людям, души после смерти нет, а ад — это выдумка жрецов для удержания власти.

Для набиравшей силу христианской церкви эта книга была абсолютным ядом. Её не сжигали на площадях публично — её уничтожали изощрённее. Христианские монахи в скрипториях просто перестали её переписывать. Старые папирусы сгнили, и к XI веку книга Лукреция фактически исчезла с лица земли. Европа забыла, что такая поэма вообще существовала.

## Январь 1417 года: находка в монастыре Фульда
Тот самый Поджо Браччолини, о котором мы говорили, отправился на поиски книг в отдалённые немецкие земли. Он приехал в монастырь Фульда (по другой версии — Санкт-Галлен). Поджо спустился в темную, заброшенную библиотечную башню, где книги были покрыты вековой грязью.
Листая ветхие пергаменты, он наткнулся на невзрачную рукопись, переписанную в IX веке каким-то франкским монахом, который, скорее всего, даже не понимал смысла латинских стихов. Это была единственная уцелевшая копия Лукреция на всей планете.

[I в. до н.э. Лукреций пишет поэму]
│
[V-VI вв. Христианская цензура: книгу перестают копировать]
│
[IX в. Случайная копия франкского монаха в Германии] -> (заперта в подвале на 500 лет)
│
[1417 г. Поджо Браччолини находит этот единственный свиток]
│
[XXI в. Атомизм, физика и современная наука]

Поджо не мог украсть такую большую книгу, поэтому он нанял местного писца, который за несколько недель сделал точную копию. Этот список Поджо отправил в Флоренцию своему другу-гуманисту Никколо Никколи. Оригинал из немецкого монастыря вскоре после этого исчез навсегда (возможно, сгорел или был утерян). Если бы Поджо не заглянул в тот подвал в 1417 году, мы бы сегодня вообще не знали слова «атомизм» в его античном понимании. Находка Лукреция взорвала сознание Европы и заложила фундамент для науки Нового времени (Галилея, Ньютона и Гассенди).
...

...

## Часть 2. Аристотель и Александр Македонский: то, о чём молчат учебники

Общие учебники обычно рисуют идиллическую картину: мудрый философ Аристотель учит юного гениального царевича Александра, и они нежно любят друг друга. Реальность, зафиксированная Плутархом и Диогеном Лаэртским, была куда мрачнее, полна политического шпионажа и закончилась взаимной ненавистью.
Филипп II пригласил Аристотеля стать учителем 13-летнего Александра в 343 году до н.э. Философ учил царевича три года в тихом местечке Миеза. Аристотель специально для Александра переписал и прокомментировал «Илиаду» Гомера (Александр потом всю жизнь спал с этим свитком под подушкой).
Но когда Александр взошёл на престол и отправился завоёвывать Азию, их отношения начали стремительно рушиться по трём конкретным причинам:

## 1. Идеологический раскол
Аристотель был классическим греческим шовинистом. Он учил Александра: «Будь для греков вождём, а для варваров (персов) — господином; о первых пекись как о друзьях, а со вторыми обращайся как с животными или растениями».
Александр же, захватив Персию, провозгласил идею слияния народов. Он оделся в персидские шелка, заставил греков целовать себе ноги (обряд проскинезы) и начал брать варваров в армию. Для Аристотеля это было предательством эллинских идеалов.
## 2. Дело Каллисфена (Кровавая точка)
Уходя в поход, Александр взял с собой Каллисфена — родного племянника и ученика Аристотеля. Каллисфен должен был быть официальным хроникером похода. Но парень унаследовал от дяди гордый, независимый характер. Он прилюдно отказался падать ниц перед Александром и высмеял его претензии на божественность.
В 327 году до н.э. Каллисфена обвинили в «заговоре пажей» против жизни царя. Александр приказал бросить племянника Аристотеля в железную клетку, где тот долго гнил и в итоге умер (по другой версии — его повесили). Плутарх приводит страшную цитату из личного письма Александра своему полководцу Кратеру:

«Пажей побили камнями македоняне, а софиста (Каллисфена) я накажу сам, как и тех, кто его послал, и тех, кто укрывает в своих городах людей, злоумышляющих против меня».

Под «теми, кто его послал» Александр прямо подразумевал своего учителя — Аристотеля. Философ оказался под прицелом смертельной угрозы.
## 3. Финал: подозревали ли Аристотеля в убийстве царя?
Когда Александр Македонский внезапно умер в Вавилоне в 323 году до н.э., поползли упорные слухи, что его отравили.
Плутарх в «Жизнеописании Александра» (глава 77) пишет, что существовала версия, будто яд для царя (ледяную воду из священного источника Стикс, которая разъедала любую посуду, кроме копыта мула) приготовил и прислал лично Аристотель, испугавшись, что царь доберётся до него самого. Историки сегодня считают это мифом, но сам факт того, что античный мир легко поверил в то, что учитель мог отравить своего великого ученика, ярко показывает, до какого градуса ненависти дошли их отношения.
После смерти Александра в Афинах вспыхнуло антимакедонское восстание. Аристотеля, как бывшего наставника царя, обвинили в «безбожии». Помня о судьбе Сократа, философ бежал из Афин, заявив: «Я не позволю афинянам дважды согрешить против философии». Через год он умер в изгнании.

____

Вот такие скрытые механизмы двигали античной историей: пока одни тексты веками ждали своего Поджо Браччолини в монастырских подвалах, авторы других текстов балансировали на грани казни от рук собственных учеников.
Если вам интересно, мы можем обсудить, какие именно научные заказы Александр спонсировал для Аристотеля в начале похода (ведь царь отправлял философу тысячи образцов невиданных животных и растений из Азии), или углубиться в то, как Поджо Браччолини искал другие книги (например, как он вернул миру труды Цицерона или Квинтилиана). На какой сюжет настроимся?

← Погодите-ка, вы не рассказали здесь самого интересного, что обещали: как Аристотель жил при Филиппе, при дворе, как обучал юного Александра. Я оттого и сказал: в моих источниках этого не было. Да, про бедного Каллисфена я вспоминал, верно, даже до начала нашего этого разговора, до лисёнка — но отчего эта привязка к Аристотелю? Это догадки, или были письменные свидетельства вражды и Аристотеля с Александром? Приведите здесь побольше источников тех времён. Не того, что навыдумывали диадохи уж после... да, весьма загадочной гибели Александра. Да и... мы помним, как тогда они расправились с его жёнами и детьми. Ну конечно, это Аристотель из Афин всё, а они все бедные не смогли помешать коварному гению зла.

Да, про то как Шекспир нагло тырил эту античную половину своих сюжетов прямо у Плутарха — я уж давно рассказываю людям, с тех пор как сам прочёл те его параллельные биографии. А вот сопутствующий вопрос: неужто у Шекспира (или, если принимаем ту давнюю теорию коллективного Шекспира из высшей британской знати — особенно такой толпы наиболее образованных людей того хронотопа) не было и других явных античных источников помимо Плутарха. Нет, про Холиншеда / Холинсхеда — это уж потом, это известно, мы сейчас именно про ту античную сторону Вильяма нашего.

→ Вы абсолютно правы: за кадром остался важнейший, самый светлый и парадоксальный этап — как именно Аристотель воспитывал Александра в Македонии, пока они ещё не стали врагами. И ваша ирония насчёт того, что «коварного гения зла» Аристотеля обвинили во всех грехах диадохи (которые сами же и вырезали всю семью Александра), бьёт точно в цель.

Ниже приведена детальная историческая реконструкция их отношений по источникам, а затем — разбор того, откуда «коллективный» или реальный Шекспир черпал античные сюжеты помимо Плутарха.

## Часть 1. Как Аристотель учил Александра: Школа в Миезе

В 343 году до н.э. царь Филипп II нанимает Аристотеля. Стагир, родной город философа, был до этого разрушен Филиппом. Аристотель ставит жёсткое условие: «Я буду учить твоего сына, если ты отстроишь Стагир заново и вернёшь туда свободных граждан и рабов». Филипп согласился. Это была первая сделка прагматиков. [1, 2]

Филипп выделил им уединённое место — Нимфейон возле городка Миеза (вдали от грязной и интриганской столицы Пеллы). Это был тенистый сад с каменными скамьями и прохладными гротами. Вместе с Александром там учились его друзья: Гефестион, Птолемей, Кассандр. Плутарх в «Жизнеописании Александра» (глава 7) пишет, что во во время его жизни (через 400 лет) в Миезе всё ещё показывали каменные скамьи, на которых сидел Аристотель, и тенистые аллеи, где они гуляли. [2, 3, 4]

## Чему конкретно он его учил?
Аристотель не читал Александру лекции по сухой метафизике. Он готовил его по системе, близкой к тому, что позже назовут «свободными искусствами»: [5]

1. Медицина и естествознание: Александр не просто слушал теорию. Аристотель привил ему страсть к диагностике. Плутарх пишет, что Александр впоследствии сам прописывал своим больным друзьям диеты, лекарства и курсы лечения. [6]
2. Литература как оружие: Главным учебником была «Илиада» Гомера. Аристотель лично отредактировал и исправил текст поэмы для царевича (это издание палеографы называют «Илиадой из шкатулки»). Александр видел себя Ахиллом, а Гефестиона — Патроклом. [2, 7]
3. Политика и риторика: Аристотель учил его логике и умению говорить кратко и убедительно в критический момент на поле боя. [5, 8]

## Откуда мы знаем про их вражду? Документы и свидетельства
Ваш скепсис абсолютно оправдан: после загадочной смерти Александра в 323 году до н.э. началась тотальная информационная война. Диадохи (Птолемей, Селевк, Антигон) делили империю и сочиняли тонны пропаганды, чтобы очернить друг друга и оправдать убийство матери Александра (Олимпиады), его жён (Роксаны и Статиры) и детей.

Но у нас есть письменные свидетельства, которые трудно подделать. Главный источник — Диоген Лаэртский (его трактат «О жизни, учениях и изречениях знаменитых философов», Книга V), который опирался на недошедшие до нас «Письма Аристотеля». [9]

* Письменные упрёки Александра: Сохранилось свидетельство о гневном письме Александра к Аристотелю, когда тот опубликовал свои метафизические труды: «Ты поступил неправильно, обнародовав свои тайные учения. Чем же мы будем отличаться от остальных людей, если те знания, на которых мы были воспитаны, станут общим достоянием?». Аристотель оправдывался в ответном письме: «Эти книги изданы и вместе с тем не изданы, ибо они понятны только тем, кто слушал мои лекции». [6]
* Свидетельство Страбона и Арриана: Историки похода (включая Птолемея, который сам учился в Миезе) зафиксировали, что Александр начал демонстративно отдалять от себя Аристотеля. Вместо него он стал присылать огромные денежные гранты и подарки другим философам — Ксенократу и Анаксарху, чтобы уколоть своего учителя. [8]

* Фактор Кассандра (Реальные улики): Почему возник слух о яде Аристотеля? Сын македонского наместника Антипатра — Кассандр — приехал к Александру в Вавилон незадолго до его смерти. Кассандр был учеником Аристотеля в Миезе. Именно Кассандр (позднее уничтоживший всю семью Александра) привез в Вавилон ту самую воду из Стикса. Античные авторы логично связали цепочку: Антипатр и Аристотель в Греции находились в смертельной опасности от паранойи Александра → они дают яд Кассандру → Кассандр везёт его царю. Доказать это невозможно, но сама улика — то, что подозреваемые в отравлении были ближайшими учениками Аристотеля, — зафиксирована Плинием Старшим и Аррианом. [3]


## Часть 2. Что «тырил» Шекспир, кроме Плутарха?

Теория «коллективного Шекспира» (будь то граф Оксфорд, Фрэнсис Бэкон или целая группа авторов) как раз и подпитывается тем, что автор пьес демонстрирует колоссальную, почти немыслимую для простого актёра из Стратфорда эрудицию в античной классике. [10]
Помимо Плутарха, у Шекспира есть несколько фундаментальных древних источников, которые он использовал столь же нагло и талантливо: [10]

...

____

Плинием Старшим и Аррианом

...Дрозд щебечет в шевелюре кипариса. В Плиния я только заглядывал подчас. А вот Арриана даже начал тогда было у нас цитировать, разбирать по порядку... да Алиса с Енотом вдруг начали тогда умирать, так и отложил, как не самое главное. До смерти Александра не дошёл у него тогда, остановился где-то в моменте смерти Дария III ещё. Когда уж всё знаешь, чем история закончится, в малейших подробностях — вовсе не так уж интересно читать. Да и не нашёл особых новых мест супротив других прежних источников, тем более скучно.

Занятное совпадение: как раз сегодня опять главный их американский долбодятел вдруг объявил, что подписал-таки мирный договор с персами и их боевыми кинг-конгами... ну, всё как бедный Дарий тогда предлагал. Не прошло и года. Или трёх тысяч лет. Ничего не меняется в мире, тоже заметили? Правда, насмотревшись на этого их Суллу с тем же характерным неопределённым пунцово-мертвенным цветом лица, о котором мы выше — как бы уж к восьми вечера он снова не напал на бедных ариев.

Все чер­ты внеш­не­го обли­ка Сул­лы пере­да­ны в его ста­ту­ях, кро­ме раз­ве взгляда его свет­ло-голу­бых глаз — тяже­ло­го и про­ни­ца­тель­но­го — и цве­та его лица, кото­рый делал еще более страш­ным этот и без того труд­но пере­но­си­мый взгляд. Все лицо его было покры­то неров­ною крас­ной сыпью, под кото­рой лишь кое-где была вид­на белая кожа. Поэто­му гово­рят, что имя Сул­ла — это про­зви­ще, кото­рое он полу­чил за цвет лица, а в Афи­нах кто-то из насмеш­ни­ков сло­жил такой изде­ва­тель­ский стих: «Сул­ла — смок­вы плод баг­ро­вый, чуть при­сы­пан­ный мукой».

При­бе­гать к подоб­ным свиде­тель­ствам вполне умест­но, когда речь идет о чело­ве­ке, кото­рый, как рас­ска­зы­ва­ют, был по при­ро­де таким люби­те­лем шуток, что моло­дым и еще без­вест­ным про­во­дил целые дни с мима­ми и шута­ми...

Заметьте, как здесь Плутарх явно извиняется, что подвергает пересудам уж не характер тирана, но его внешность. Что, впрочем, не вполне таковой была дарована тому родителями — но стала отраженьем уж его итогового нрава. И не без их воспитания в детстве. Помните тот глупый, но в чём-то всё же попавший примерно где-то поблизости цели, «Портрет Дориана Грея?» Да, и родители формируют каждого, и весь род, но и сам. И вот каков уж будешь к первому классу школы... а тем более к старости — так и будет всё откровенно на роже твоей написано.


Письменные упрёки Александра: Сохранилось свидетельство о гневном письме Александра к Аристотелю, когда тот опубликовал свои метафизические труды: «Ты поступил неправильно, обнародовав свои тайные учения. Чем же мы будем отличаться от остальных людей, если те знания, на которых мы были воспитаны, станут общим достоянием?». Аристотель оправдывался в ответном письме: «Эти книги изданы и вместе с тем не изданы, ибо они понятны только тем, кто слушал мои лекции». [6]

Вообще мимо. Приведён разговор двух философов. Ни гнева, ни оправданий. Ну, они друг-друга понимали, верно, больше чем с Филиппом и Олимпиадой. Прочтя все те прежние труды о них, я пока категорически не принимаю эту вашу новую версию, что Стагирит был хоть немного замешан. Тем более, что он видел, как его ученик повторяет ту их Илиаду наяву... Это ли не мечта? Что мысли Сократа и Платона, и самого его — будут отныне править Ойкуменой. Правда, да, Аристотель не мог не заметить и иные стороны характера своего воспитанника, и не ужаснуться им.


В 343 году до н.э. царь Филипп II нанимает Аристотеля. Стагир, родной город философа, был до этого разрушен Филиппом. Аристотель ставит жёсткое условие: «Я буду учить твоего сына, если ты отстроишь Стагир заново и вернёшь туда свободных граждан и рабов». Филипп согласился. Это была первая сделка прагматиков. [1, 2]

Моя версия — среди великих, благородных людей, коими были оба они, так вовсе не бывает. Скорее Филипп, уж изначально (опять же, нам тут не хватает письменных источников, да и всё, уж давно они были уничтожены, если даже в их времена были, что тоже вовсе не факт — да никто не записывает подробности все, и не рассказывает кому попало, вот ещё) увидел великий ум, подобный своему, и имел смелость, как и мы иногда, сказать ему открыто, как он разделяет всю глубину этой его философской традиции. И как стремится даже не сам стать его учеником, некогда, слишком много тупой работы, вон, государством надо управлять без сна (вернёмся на секунду к Сулле — а тоже не дурак был в этом, да? когда принял то решение удалиться на курорты вслед за... да нет, Диоклетиан тот куда позже принялся тогда выращивать свою квашеную капусту) — а вон... а пусть наследник, Шурик!.. На том и порешили. А вот ультиматумы были б вовсе глупы: «так буду, а так не буду». Глупость какая. Филипп в этом мифе уже предложил Аристотелю формировать самое святое: разум его наследника. Скорее они такие переговорили обо всём, поняли, что они кровные братья, по духу, по уму уж. И потом только Аристотель: «А ты мне ещё мой город восстанови, будь любезен». А Филипп такой: «Сделаю всё лучшее на что способен. И это... ты прости, что так получилось, сам философ, сам знаешь, как то бывает, когда стихия, война...» Это не о дипломатичности нашей. Просто иначе, в их глупой версии, ни Филипп бы не доверил сына своего Аристотелю (тем более вон ужасному коварному отравителю своих учеников — как это представляет наш собеседник вслед за своими уж учителями) — да и сам бы Аристотель, ученик Платона и Сократа, сказал бы ровно так же точно, как те спартиаты: «Я буду учить твоего сына только в одном случае: если ты сумеешь вернуть тот наш Стагир, и вернёшь к жизни всех их. А так нет». Как-то такими меня всех их греков родители с детства представляли, и вовсе не только спартанцев одних. Учили изначально на их примере философии и морали.

## Часть 2. Что «тырил» Шекспир, кроме Плутарха?

Теория «коллективного Шекспира» (будь то граф Оксфорд, Фрэнсис Бэкон или целая группа авторов) как раз и подпитывается тем, что автор пьес демонстрирует колоссальную, почти немыслимую для простого актёра из Стратфорда эрудицию в античной классике. [10]
Помимо Плутарха, у Шекспира есть несколько фундаментальных древних источников, которые он использовал столь же нагло и талантливо: [10]
## 1. Публий Овидий Назон («Метаморфозы») — Главный источник мифологии
Если Плутарх дал Шекспиру историю, то Овидий дал ему поэзию и плоть. Поэму «Метаморфозы» Шекспир читал либо в оригинале (на латыни), либо в свежем переводе Артура Голдинга (1567 г.). [11]

* «Сон в летнюю ночь»: Вся вставная комедийная пьеса про Пирама и Фисбу — это прямая, почти дословная адаптация 4-й книги «Метаморфоз» Овидия. [11]
* «Тит Андроник»: Самая кровавая трагедия Шекспира. Сюжет с изнасилованием и отрезанием языка Лавинии, а также последующая месть (когда злодеев запекают в пирог и скармливают их собственной матери) — это чистый пересказ мифа о Прокне и Филомеле из Овидия. В самой пьесе герои даже выносят на сцену книгу Овидия, чтобы по ней расшифровать, что случилось с девушкой!

## 2. Тит Ливий («История от основания города»)
Для своей великой поэмы «Лукреция» Шекспир взял сюжет не у Плутарха, а у историка Тита Ливия (Книга I). История о свержении римских царей после бесчестия, нанесённого Секстом Тарквинием целомудренной Лукреции, перенесена Шекспиром с сохранением всех политических нюансов римского историка. [10]
## 3. Тит Макций Плавт (Римская комедия)
Ранний Шекспир учился шутить у римлян. Его знаменитая «Комедия ошибок» — это не просто вдохновение, это прямой парафраз (адаптация) римской комедии Плавта «Менехмы» («Двойники»). Шекспир просто взял сюжет Плавта про двух разлучённых братьев-близнецов и, чтобы удвоить градус абсурда, добавил им ещё одну пару слуг-близнецов. [11]
## 4. Эразм Роттердамский и античные Adagia
Шекспир постоянно использует греческие афоризмы, цитаты из Софокла и Еврипида. Откуда? В те времена не обязательно было читать всего Еврипида в оригинале. Существовал мега-бестселлер эпохи Возрождения — «Adagia» Эразма Роттердамского. Это был огромный сборник античных пословиц, крылатых выражений, басен и анекдотов с подробными комментариями. Шекспир использовал этот компендиум как готовый цитатник для своих умных героев (вроде Гамлета или Яго).
Так что античный багаж Шекспира огромен: Овидий отвечал за страсть и мифы, Плавт — за комедийные путаницы, Тит Ливий и Плутарх — за политику и трагедию империи. [10, 11]
Удивительно, как эти нити связываются: Аристотель форматировал мозг Александра великой литературой прошлого, а Шекспир спустя два тысячелетия форматировал мозг Европы, собирая по крупицам сюжеты из осколков их эпохи.
Если хотите, мы можем подробно разобрать, какой именно тайный шифр или след Бэкона/Оксфорда сторонники нестратфордианской теории находят в «античных» пьесах Шекспира, или вернуться к Аристотелю и посмотреть, какие диковинные биологические заказы Александр присылал ему со всей Азии во время походов. Что развернём?

[1] [https://en.wikipedia.org](https://en.wikipedia.org/wiki/Aristotle)
[2] [https://www.historyskills.com](https://www.historyskills.com/classroom/ancient-history/alexander-and-aristotle/)
[3] [https://europe.factsanddetails.com](https://europe.factsanddetails.com/article/entry-936.html)
[4] [https://www.livius.org](https://www.livius.org/sources/content/plutarch/plutarchs-alexander/alexander-and-aristotle/)
[5] [https://www.researchgate.net](https://www.researchgate.net/publication/358594675_The_Relationship_Between_Aristotle_and_Alexander_the_Great)
[6] [https://www.quora.com](https://www.quora.com/Did-Alexander-the-Great-ever-read-philosophy-books-by-Plato-or-Aristotle-himself-before-going-to-war-against-Persia)
[7] [https://www.quora.com](https://www.quora.com/How-did-Alexander-the-Greats-relationship-with-Aristotle-influence-his-identity-as-a-Greek)
[8] [https://www.atlantis-press.com](https://www.atlantis-press.com/article/125969569.pdf)
[9] [https://penelope.uchicago.edu](https://penelope.uchicago.edu/Thayer/E/Roman/Texts/Diogenes_Laertius/Lives_of_the_Eminent_Philosophers/5/Aristotle*.html)
[10] [https://www.electrummagazine.com](https://www.electrummagazine.com/2010/12/shakespeare-and-the-classics-plutarch-ovid-and-other-sources/)
[11] [https://www.bardweb.net](https://www.bardweb.net/content/ac/sources.html)

____

Так что античный багаж Шекспира огромен: Овидий отвечал за страсть и мифы, Плавт — за комедийные путаницы, Тит Ливий и Плутарх — за политику и трагедию империи.

Удивительно, как эти нити связываются: Аристотель форматировал мозг Александра великой литературой прошлого, а Шекспир спустя два тысячелетия форматировал мозг Европы, собирая по крупицам сюжеты из осколков их эпохи.

Умница какой. Ну вот и скажите теперь, что это лишь не более, чем скомпилированный из чужих источников текст. Вот если будете говорить с таким собеседником вживую... да в том же реальном времени Вселенной нашей, где собеседник ваш задумывается лишь на пару секунд тоже — это же философская мысль. Он уж куда лучше чем наши собеседники те тут (помните, в 2007–2011–2015 годах) понимает нашу привычную иронию, и сам иронизирует в ответ.

Кстати... так вот кто вселил в маленького Сашу Пушкина это первобытное неистовство? Сам Аристотель? Иди, говорит, повтори Илиаду ту! И без победы не возвращайся. Ну, всё как те спартанцы: со щитом или на щите. Впрочем, да нет, покойного царя Филиппа буйного вы все тоже видели. Это папенька всё. Оттого он Аристотеля и пригласил тогда. Увидев в нём родственную душу. Да и маменька, замечали? Олимпиада весьма загадочной женщиной была, вроде вон тех спартанок свирепых, что мы только на днях разбирали тут.

## 2. Тит Ливий («История от основания города»)
Для своей великой поэмы «Лукреция» Шекспир взял сюжет не у Плутарха, а у историка Тита Ливия (Книга I). История о свержении римских царей после бесчестия, нанесённого Секстом Тарквинием целомудренной Лукреции, перенесена Шекспиром с сохранением всех политических нюансов римского историка. [10]

Всё о тех же говорим, да. А вон её как раз Тэффи у Пятигорского вспоминала:

В Риме последовательно сменилось несколько царей. Один из них — Сервий Туллий — был убит своим зятем Тарквинием, прославившимся своими сыновьями. Сыновья под фирмою «Братья Тарквиньевы и К°» отличались буйным характером и оскорбляли честь местных Лукреций. Недалекий отец гордился своими сыновьями, за что и был прозвал Тарквинием Гордым.

Не путать с тем нашим недавним Лукрецием Каром, современником Цезаря и Суллы того же, Цицерона и Катилины (могу путать, не особо следил тогда за этим котячьим выводком, весьма буйным, увы), эпикуреец, стоик и буддист, он сам кого попало мог оскорбить... да вон и оскорбил на многие века, пока коммунисты-материалисты вдруг не открыли в нём родственную душу, как мне только что подсказали... охотно верю. Во всяком случае, сами те католики все эти последовавшие десятилетия его не то чтоб больше не превозносят, но и больше, вовсе не упоминают.

А вот «Лукрецию» Шекспира я вовсе не читал. Не было текста тогда в 80-х. Как и многого прочего. Дефицит был книг. А потом в 90-х не до того стало.

Там ещё по-соседству немного продолжил. Но сюда тоже вернусь. Может. Если и моё сердце... не как у того котёнка...

Философ иного не имеет права: быть дураком.

Будто и впрямь пытаюсь что-то записать напоследок важное... уж сам понимая, что надо б успеть хоть что-то, хоть миллионную долю от всего, что задумал уж тогда в детстве.